Как Юрий Максимов построил компанию с миллиардной стоимостью

Positive Technologies, идея создания которой родилась из разговоров на даче во Фрязино, входит в число крупнейших независимых компаний по кибербезопасности в России с выручкой 6,22 млрд рублей (рост в 2020-м — 52%). А ее основатель немного не дотянул до списка 200 богатейших бизнесменов России — его состояние Forbes оценил в $450 млн.

15 апреля США ввели санкции против шести технологических компаний, которые, по версии США, «оказывают поддержку киберпрограмме» российской разведки, в том числе и компании Максимова Positive Technologies. Этот текст для майского выпуска журнала Forbes, который выйдет 22 апреля, был написан до того, как стало известно о санкциях против Positive Technologies.

В 2002 году Юрий Максимов, его родной брат Дмитрий и друг Евгений Киреев строили беседку на даче в подмосковном Фрязине — пилили бревна, красили крышу, а заодно жарили шашлык, варили картошку и обсуждали создание новой компании. В том году произошла китайская масштабная кибератака на Пентагон, NASA и Госдеп, позднее получившая название «Титановый дождь». Эта атака считается первой киберразведывательной операцией в мире.

Фото Арсения Несходимова для Forbes

Дмитрий Максимов работал в банке «СбС-Агро» специалистом по сетевой безопасности и к тому времени уже четыре года писал себе в помощь и усовершенствовал программу XSpider — сканер уязвимостей. В начале 2000-х никто не платил за софт, пользователи предпочитали пиратские продукты, и Дмитрию даже в голову не приходило предлагать свою программу по кибербезопасности за деньги. Поэтому он выложил ее в свободный доступ, и каждый желающий мог бесплатно скачать XSpider. Однако, встретившись на природе, друзья осмелели и решили рискнуть — попробовать продавать софт по кибербезопасности. Для начала они арендовали офис в Алтуфьеве, повесили в нем зеркала, купили мебель. Евгений и Дмитрий инвестировали в проект несколько десятков тысяч долларов, которые получили от продажи поисковика «Апорт» компании Golden Telecom. Партнеры наняли офис-менеджера, продажника и программиста, который начал переделывать бесплатную версию XSpider в коммерческую. Компанию назвали Positive Technologies.

Positive Technologies, идея создания которой родилась из разговоров на даче во Фрязино, входит в число крупнейших независимых компаний по кибербезопасности в России с выручкой 6,22 млрд рублей (рост в 2020-м — 52%). А ее основатель немного не дотянул до списка 200 богатейших бизнесменов России — его состояние Forbes оценил в $450 млн.

Дети ВПК

Максимов разговаривает с Forbes по видеосвязи с Мальдивских островов, куда полетел отдыхать с женой и дочкой. В салоне самолета его соседом был заместитель председателя правления ­Тинькофф Банка Оливер Хьюз, с ним у Максимова приятельские отношения. И не только с ним — 43-летний Максимов знаком со многими предпринимателями и банкирами из высшей лиги.

Юрий Максимов родился в наукограде Фрязино в семье инженеров местных предприятий, ориентированных на военно-промышленный заказ. ­В ­4–5-м классах мальчик увлекся программированием: классная руководительница старшего брата Дмитрия преподавала информатику, поэтому Юрий в свободное время сидел в классе с компьютерами и учился программировать. В начале 1990-х после развала Советского Союза промышленность и оборонка влачили жалкое существование, и Максимовы из семьи с достатком выше среднего превратились в нищих. «Мне было 13 лет, это такой романтический возраст, когда все нипочем. Но сейчас я понимаю, насколько это была большая трагедия для родителей», — вспоминает предприниматель.

Накануне денежной реформы 1991 года, в ходе которой многие россияне потеряли свои сбережения, семья купила мешок сахара, телевизор и недостроенный гараж, из-за нехватки денег стройматериалы для него приходилось искать в окрестностях. «У нас был мотоцикл с коляской, мы из старых фундаментов вынимали  кирпичи, грузили в люльку мотоцикла, ехали и строили из них стены», — вспоминает Максимов. К 17 годам он освоил программирование, а свободное время заполнял картишками, тусовками и пивом. После окончания школы Максимов поступил на физфак МГУ (специальность «радиофизика»). И тогда его будущая супруга твердо сказала ему, что надо завязывать с тусовками. Максимов послушался и купил очередную книжку по программированию. А в следующем, 1996 году устроился на свою первую работу в компанию «Октава», которая занималась шумоизмерительной техникой. Буквально за лето он написал для компании аналог ERP-системы, а на гонорар купил свою первую машину — ржавые «Жигули».

«У владельца и основателя «Октавы» я научился очень многому, а главное, что он всегда давал свободу действий. Поэтому я занимался там, по сути, всем тем, что придумал сам», — вспоминает Максимов. Работа принесла ему успех — через несколько лет он купил квартиру и «имел очень хорошую зарплату». Именно тогда произошел разговор на даче, который привел к рождению компании Positive Technologies.

Без дня рождения

У компании Positive Technologies нет официальной даты рождения. «Мы зарегистрировали юрлицо, потом сняли офис, сделали три-четыре шага, оглянулись назад — а компания уже работает», — вспоминает Максимов. Основным продуктом была программа XSpider. В 2002 году казалось невероятным, что можно построить большой бизнес на продаже софта в России, рассуждает Максимов. Выложенную в сеть версию XSpider бесплатно скачали 300 000 раз. «Когда видишь, что твоим продуктом, пускай и бесплатно, но пользуется большое количество людей по всему миру, это дает основание верить, что ты делаешь правильные шаги», — говорит Юрий.

Рынок разработки в России тогда только начал развиваться, на нем работало много мелких компаний. По данным издания CNews, его объем составлял 6,8 млрд рублей (рост за 2001 год — 50%). Россия находилась в начальной стадии информатизации, основным сегментом рынка было «железо». Развитие собственной разработки сдерживало пиратство, с которым государство особенно и не боролось.

Тем не менее коммерциализация проекта удалась: крупные компании — пользователи XSpider согласились перейти на коммерческую версию, которая позволяла не просто просканировать определенный компьютер, а организовать мониторинг безопасности всей сети. К 2004 году штат компании вырос с шести до 11 человек, а ее клиентами стали Сбербанк, «Вымпелком», Магнитогорский металлургический комбинат и даже Министерство обороны. Компания росла органически. «Сколько заработали, на столько и расширились», — вспоминает специалист в области информационной безопасности и искусственного интеллекта, бывший технический директор Positive Technologies Сергей Гордейчик.

Существенной конкуренции со стороны российских компаний у Positive Technologies не было, продолжает Гордейчик, она соревновалась в основном с зарубежными производителями — IBM, Symantec, Qualys, Imperva. На рынке кибербезопасности крупный заказчик, например «Роснефть» или «Россети», использует решения сразу нескольких вендоров, говорит эксперт по информационной безопасности Cisco Алексей Лукацкий. И поскольку Positive Technologies выпускает продукты в сегменте защиты от вредоносного кода, систем предотвращения вторжений, анализа событий, у нее много конкурентов: Cisco, российские Group-IB, «Лаборатория Касперского», RuSIEM, «Эшелон», добавил он.

Максимов совмещал стартап и работу в «Октаве» до 2004 года, а потом стал техническим директором Positive Technologies и сосредоточился на бизнесе. По словам Гордейчика, XSpider не мог обеспечить значительного роста компании, поскольку программа проводила точечные проверки компьютерной сети «набегами», а большие корпоративные заказчики нуждались в постоянном мониторинге защищенности. Positive Technologies начала разработку второго продукта — системы MaxPatrol для непрерывного контроля корпоративной инфраструктуры на всех уровнях, рассказывает Гордейчик. Максимов говорит, что Positive Technologies всегда стремилась создать платформу, которая не давала бы хакерам проникнуть в компанию клиента. Этот путь занял около 10 лет, в течение которых у компании появилось 11 новых решений. Наибольшей популярностью сейчас пользуются системы контроля защищенности MaxPatrol 8, выявления инцидентов MaxPatrol SIEM и защиты веб-приложения от атак Application Firewall — эти продукты приносят компании ежегодно больше половины выручки.

В 2007 году, накануне финансового кризиса, Максимов возглавил компанию и принял непростое решение — несмотря на нехватку денег и отсутствие подушки безопасности, предоставлять продукт бесплатно, если клиенты не могли заплатить. «Зато мы получили большую лояльную базу заказчиков, которые точно знали, что, когда дела идут не очень, мы не будем вытаскивать у них последнюю копейку», — объясняет логику Юрий. С ростом компании происходила и трансформация ее акционерной структуры. На старте Максимов, его брат и Евгений Киреев владели равными долями, но постепенно партнеры Юрия отходили от дел, а акции перераспределялись между новыми руководителями компании. Сейчас Максимов контролирует 55,3% компании, остальные акции распределены между ключевыми сотрудниками.

Крымский консенсус

В 2014 году пассажиры на железнодорожной станции Термини в Риме с удивлением смотрели на информационное табло: внезапно расписание изменилось, часть поездов оказалась отменена, а отправление и прибытие других — перенесено. Неразбериха продолжалась всего несколько минут, после чего табло приняло привычный вид.

Это была хакерская атака, но не настоящая, а демонстрационная. Positive Technologies показывала одну из своих базовых услуг — проверку уязвимости заказчика перед хакерам. «Клиент может прийти к нам и попросить такую услугу — мы ее выполняем, и тогда он понимает, как его на самом деле будет ломать хакер и насколько такой взлом будет успешным», — говорит Максимов. За годы существования Positive Technologies выполнила сотни таких тестов в России и за рубежом. Когда банк просит продемонстрировать, как с его счетов крадут 3–4 млрд рублей, и это происходит, первое лицо сильно переосмысливает происходящее, уверяет Максимов.

В 2012–2013 годах компания открыла офисы в Лондоне, США, Южной Корее, Индии и на Ближнем Востоке. Клиентами Positive Technologies стали «Почта Италии», компании Samsung, LG, Hyundai, Emirates и другие известные бренды.  «У нас с самого начала были международные амбиции, они и сейчас есть», — говорит Максимов. Но после того как в начале 2014 года Крым стал частью России, Positive Technologies начали давить западные конкуренты, говорившие, что «российская компания может быть связана с KGB». «Поэтому, когда случился Крым, мы приняли решение разделить бизнес на две компании, одна стала полностью западной», — вспоминает Максимов.

«У нас был мотоцикл с коляской, мы из старых фундаментов вынимали кирпичи, грузили в люльку мотоцикла, ехали и строили из них стены» / Арсений Несходимов для Forbes

Тогда же основатель бизнеса отступил от своего принципа «IT-компания должна быть прибыльной» и взял у частных лиц в долг сумму, сопоставимую с годовой выручкой компании, под 26% годовых в долларах (в банках привлечь такую сумму было невозможно, фонды отказали). «Это был большой шаг с точки зрения уверенности в тех действиях, которые ты совершаешь: когда ты взял деньги и у тебя нет вообще никакой возможности их не отдать, ты становишься более жестким, требовательным и решительным», — говорит Максимов. Зачем? Он хотел «сделать системные изменения в компании». По пути пришлось уволить многих сотрудников, а для культуры менеджмента, принятой в Positive Technologies, это был неприемлемый сценарий. Однако в итоге выручка начала расти на 50% в год, и бизнес вышел на новый уровень. Кредит Максимов отдал.

Среди клиентов Positive Technologies — МВД, Минфин, МЧС, правительства Москвы и Московской области, Пенсионный фонд России, МИД, Федеральная налоговая служба, «Ростелеком», «Россети», хотя доля госконтрактов в выручке в 2020 году составила менее 10%, по данным самой компании. В 2018 году Positive Technologies заключила два госконтракта с «Ростелекомом» на сумму более 288 млн рублей, согласно данным «СПАРК-Интерфакса». С февраля 2021 года компания участвует в тендере Федеральной службы по техническому и экспортному контролю на 300 млн рублей.

IPO для физиков

Если Positive Technologies по аналогии с «Лабораторией Касперского» сумеет масштабировать продажи за рубежом, то обороты компаний можно будет смело сравнить в ближайшем будущем, уверен Сергей Гордейчик. В 2019 году выручка компании Касперского составила $685 млн, ее большая часть формировалась вне России. Однако из-за скандалов с якобы имевшим место вмешательством российских хакеров в выборы президента США американские госучреждения и их подрядчики потеряли возможность использовать софт «Лаборатории Касперского». Запрет бессрочный, действует с сентября 2019 года. Удар по бизнесу. У Positive Technologies есть швейцарская компания, которая работает только на западный рынок, — ее выручка в 2020 году составила $4,4 млн.

Cейчас на Западе любое упоминание российской компании и одновременно кибербезопасности ассоциируется с «русскими хакерами». Поэтому, возможно, Positive Technologies и собирается стать публичной, не впадая в полную зависимость от западных фондов. В феврале 2022 года компания планирует разместить на Московской бирже около 10% акций при оценке $3 млрд. В Positive Technologies детали планируемого IPO не комментируют.

Среди инвесторов Максимов хочет видеть физических лиц из IT-индустрии, которые «более прогрессивно оценивают российские IT-компании». Для этого Positive Technologies уже сейчас выпускает управленческую отчетность, «понятную не только финансистам». Возможно, компания совместно с банками-организаторами разработает специальное мобильное приложение, установив которое, частные инвесторы смогут сами участвовать в IPO. В июле 2020 года Positive Technologies выпустила облигации на 500 млн рублей со сроком обращения три года, бумаги торгуются на Московской бирже, сейчас их доходность составляет 9,5% годовых. «Я в тот момент лично увидел, как занимаются инвестициями айтишники. У них есть инсайдеры в любой технологической компании, которых они могут спросить, как на самом деле обстоят дела», — говорит Максимов.

Кибербезопасность — трендовое направление, считает аналитик ИК «Велес Капитал» Артем Михайлин. По мере того как бизнес все больше переходит в онлайн и увеличивается количество данных в сети, этот сегмент становится все более востребованным: «Бумаги компаний, которые работают в сфере кибербезопасности, будут пользоваться спросом у инвесторов еще довольно долгое время».

Позитивный подход

Максимов дружит с миллиардером Евгением Касперским F 74 и считает его компанию главным конкурентом. «Несколько дней назад мы с Женей Касперским вместе пили чай и договорились, что будем изо всех сил конкурировать, провоцируя друг друга на все большие и большие свершения. Потому что, когда ты не конкурируешь, ты начинаешь стагнировать», — рассказывает Максимов уже в офисе в Москве. Евгений Касперский отказался от комментариев для этой статьи. «Юрий — энтузиаст, который увлечен идеей безопасности для страны в целом. Он думает не только о своем мирке, а шире: это происходит, когда твой бизнес выходит на значимые обороты, хочется подумать о чем-то большем, чем своя собственная компания», — говорит президент группы компаний InfoWatch Наталья Касперская F 17.

Юрий достаточно «сумасшедший», чтобы увлекать людей своими идеями, рассказывает Гордейчик: «С другой стороны, он чувствует момент, когда эмоций и харизмы уже недостаточно и лучше отойти в сторону и дать возможность более скучным людям крутить гайки. Думаю, это отличное сочетание для успешного развития компании».

Максимов бегает, увлекается сноубордом, виндсерфингом и кайтсерфингом, во время пандемии он отправился с друзьями в пеший поход из Москвы в Сергиев Посад — 120 км путешественники преодолели за три дня. В 2017-м был участником гонки Ironman — серии соревнований по триатлону, одного из самых сложных состязаний в мире. Забег проходил в Испании в дождливую погоду, Максимов финишировал под песню I Will Survive.

Ирина Юзбекова

Оригинал материала: "Форбс"