Экс-владельцу банка «Югра» разрешено все, кроме ночных и массовых выходов

Мосгорсуд изменил меру пресечения экс-владельцу банка «Югра» Алексею Хотину и двум его предполагаемым сообщникам, обвиняемым СКР в особо крупной растрате. Вместо домашнего ареста, под которым они находились с весны прошлого года, фигурантам громкого уголовного дела избрана более легкая мера пресечения в виде запрета определенных действий. Они не могут ночью покидать свои дома, посещать массовые мероприятия и использовать телефоны, зато могут работать. Запрет будет действовать до середины января 2021 года, когда обвиняемые, очевидно, дочитают материалы своего уголовного дела, составляющие 165 томов.

Мосгорсуд рассмотрел ходатайство руководителя следственной группы по делу в отношении банка «Югра» старшего следователя по особо важным делам при председателе СКР Сергея Чернышова. Генерал-майор юстиции просил продлить домашний арест Алексею Хотину, а также бывшим президенту банка Алексею Нефедову и председателю правления Дмитрию Шиляеву на три месяца, а всего до 20 месяцев и 30 суток, то есть до 18 января 2021 года. Представитель следствия напомнил, что все трое были задержаны 19 января прошлого года и решениями Басманного райсуда помещены под домашний арест. Расследование уголовного дела о растрате в особо крупном размере (ч. 4 ст. 160 УК РФ) средств «Югры» закончено.

Фото: Глеб Щелкунов / Коммерсантъ

В его материалах, по данным “Ъ”, фигурирует 23 млрд руб. Впрочем, это лишь часть расследования.

Следствие по основному делу продолжается. В нем, возможно, речь пойдет о хищении еще 184 млрд руб. Во всяком случае, АСВ заявило в Арбитражном суде Москвы требование к обвиняемым и другим бывшим топ-менеджерам банка на 207 млрд руб.

Генерал Чернышов свое требование мотивировал необходимостью ознакомления обвиняемых и их адвокатов с 165 томами уголовного дела. При этом было отмечено, что фигуранты расследования обвиняются в тяжком преступлении, «имеют значительные материальные возможности», воспользовавшись которыми могут скрыться от следствия и суда. Само же преступление, по версии следствия, не связано с предпринимательской деятельностью, так как было направлено на причинение ущерба кредитной организации путем безвозмездного изъятия ее имущества для «личного корыстного обогащения».

Сами фигуранты, категорически не признающие свою вину, и их защитники выступили против продления домашнего ареста. Адвокаты отметили, что данная мера пресечения их доверителями прежде не нарушалась, никаких доказательств их возможного побега у следствия как не было, так и нет, а само преступление относится к экономическим, так как под следствием оказались первые лица одного из крупнейших банков страны. Защитники полагали, что для банкиров достаточно и подписки о невыезде.

Рассматривая ходатайство, судья Елена Поспелова обратила внимание, что в заявленном следствием документе фактически заложены требования, подпадающие под другую меру пресечения, например запрет на выход из квартиры с 22:00 до 6:00.

Данное ограничение, решила она, не соответствует требованиям ст. 107 УПК о домашнем аресте — в ней говорится, что обвиняемый должен находиться в изоляции от общества у себя дома,— зато подходит под ст. 105.1 УПК о запрете определенных действий.

Именно его судья и избрала для обвиняемых до 15 января. Помимо ночных выходов из дома им запрещено посещать массовые и общественные мероприятия, общаться с другими фигурантами дела, в том числе с потерпевшими, а также использовать интернет и средства связи, кроме чрезвычайных ситуаций. Данная мера пресечения, решила судья, является соразмерной, справедливой, пропорциональной и необходимой. При этом следует отметить, что запрет, в отличие того же домашнего ареста, не пойдет в зачет срока, который может быть назначен обвиняемым по приговору суда.

Николай Сергеев

Оригинал материала: "КоммерсантЪ"