Страна зависла между чрезвычайной ситуацией и чрезвычайным положением

Украина (по крайней мере, по официальной статистике) не входит в число стран, сильно пострадавших от коронавируса. Однако власти приняли целую серию весьма серьезных мер, которые повлияли на жизнь граждан страны куда сильнее, чем сама болезнь. Мало кто из украинцев верит официальным цифрам медицинской статистики. И дело здесь даже не в свойственных нашему менталитету опасениях, что власти будут любой ценой скрывать реальное количество заболевших, чтобы избежать паники,— власти, похоже, и сами не знают, как много в действительности заболевших.

До недавнего времени единственная лаборатория, способная обнаружить коронавирус у пациентов, располагалась в Киеве. Лишь в середине марта тесты на него начали поступать в регионы, и вот тогда-то количество выявленных случаев заболевания начало расти с пугающей скоростью. А ведь в большинстве случаев речь идет лишь о так называемых экспресс-тестах, которые определяют наличие в организме пациента антител к вирусу, а не сам вирус. Их печальной особенностью является способность давать ложный отрицательный результат, особенно на ранних этапах болезни, то есть вирус в организме есть, но проверка его «не видит». Точные тесты, так называемые ПЦР-системы, до сих пор все еще делаются только в столице, потому не исключено, что фактически заболевших куда больше, чем гласит официальная статистика. Только в ночь на 24 марта по регионам развезли ПЦР-тесты, полученные накануне в качестве гуманитарной помощи из Китая. Советник министра внутренних дел Авакова, Антон Геращенко, предупредил: после их применения число выявленных случаев наверняка начнет быстро увеличиваться…

К слову, с этими самыми китайскими тестами вышла одна не очень красивая история. Прибытие спасительного борта из Китая президент Владимир Зеленский анонсировал 20 марта: дескать, в течение четырех суток на Украину прибудет самолет со столь необходимыми тестами в количестве 10 млн штук. Насчет сроков получилось все точно. А вот с количеством вышло некрасиво: оказалось, что тестов всего 250 тысяч, причем лишь 50 тысяч — это те самые ПЦР, остальные — обычные экспресс-тесты (которых, впрочем, тоже остро не хватает).

Факт загадочного превращения 10 млн в 250 тысяч широко обсуждают в СМИ и социальных сетях. «Нам кто-то пояснит, как 10 млн тестов превратились в 250 тысяч? Товарищ Мотовиловец?» — интересуется нардеп от «Слуги народа» (которого связывают с Игорем Коломойским) Александр Дубинский, имея в виду своего коллегу Андрея Мотовиловца, курировавшего доставку материалов на Украину. «Нет, мы не отдадим врагам Революции товарища Мотовиловца из-за каких-то паршивых тестов!» — саркастично реагирует на реплику Дубинского другой нардеп, Максим Бужанский. Анонимные Telegram-каналы заходят в предположениях еще дальше и прямо намекают: пропавшие тесты были украдены, а затем проданы «нужным людям». В Офисе президента, впрочем, ситуацию не комментируют — по крайней мере, пока.

Взволновали страну и новости сразу из нескольких источников о том, что министр здравоохранения Украины Илья Емец написал заявление об отставке — и это в самый разгар коронавирусных страстей! Ну не положено министрам покидать свои посты в кризисной ситуации! Тут как в том анекдоте про полковников, которым запрещено бегать, ибо в мирное время это вызывает смех, а в военное — панику. В конце концов, пресс-секретарь опроверг слухи об отставке, но сам факт их появления говорит о степени тревоги в обществе.

Чрезвычайный Аваков

Набор ограничений, введенных властями в ответ на эпидемиологическую угрозу, впечатляет. Так, полностью запрещено движение международного, междугороднего и даже пригородного общественного транспорта, а на пассажирское транспортное сообщение в городах наложены жесткие ограничения: к примеру, в салонах трамваев, троллейбусов и маршруток должно одновременно находиться не более 10 человек, причем все они должны быть в масках. В городах, где есть метро (Киев и Харьков), его работа приостановлена. В Киеве и вовсе перевели общественный транспорт на чрезвычайный режим работы: им могут пользоваться лишь работники стратегических предприятий и служб, которым выдают специальные пропуска. О введении таких мер сообщил и мэр Одессы Геннадий Труханов (правда, о сроках введения ограничений он пока не сказал).

На Украине запрещена работа всех объектов торговли, общественного питания и вообще мест массового собрания граждан. Еще раньше были закрыты школы, детские сады и высшие учебные заведения. Многие предприятия и организации прекратили прием населения. По сути, разрешено работать лишь продуктовым магазинам, аптекам и АЗС. В качестве поблажки кафе разрешили торговать едой на вынос.

Поговаривают о готовности ввести еще более серьезные ограничения — вплоть до введения в стране чрезвычайного положения с ограничением прав граждан выходить из дома, комендантским часом и даже карточной системой распределения продуктов. Особенно активно ратуют за подобные меры в Министерстве внутренних дел. «Чрезвычайное положение обязательно будет. Это лишь вопрос времени»,— заявил советник главы МВД Иван Варченко.

По слухам (широко циркулирующим в тех же анонимных Telegram-каналах), возможность введения чрезвычайного положения обсуждают и у Зеленского, однако пока от этого решения там воздерживаются, вводя лишь режим чрезвычайной ситуации в наиболее пострадавших регионах, таких как Черновицкая, Львовская, Ивано-Франковская, Житомирская, Киевская и Харьковская области. В итоге в связи с пандемией коронавируса Кабинет министров принял (25 марта) решение о введении режима чрезвычайной ситуации на всей территории Украины –— до 24 апреля. Заявлено, в частности, что дополнительных ограничений прав граждан не предусматривается, а коснется новшество лишь органов власти, которые, мол, будут работать в более усиленном режиме (а раньше они что, баклуши били, что ли?).

Между тем неприкрытая заинтересованность главы МВД Авакова во введении чрезвычайного положения, возможно, пугает ближайшее окружение главы государства: мол, а не слишком ли много власти в итоге получит и без того почти всесильный министр внутренних дел?

Ведь тогда силовики, полиция, Нацгвардия, военные будут иметь еще более широкие полномочия…

Десятым будешь?

По мере нарастания коронавирусной паники Украина столкнулась с нехваткой широкого спектра товаров медицинского и санитарного назначения. Из продажи быстро исчезли антисептические средства, а позже и спирт, из которого их можно приготовить в домашних условиях (инструкции на этот счет, к примеру, опубликовал на своем канале в YouTube известный украинский врач Евгений Комаровский). Исчезнувшие было маски вскоре появились, но уже по совсем другим ценам: вместо 2 гривен 50 копеек, обычная медицинская маска стоит уже не менее 25 гривен за штуку. Но это полбеды. Хуже, что с дефицитом подобных средств столкнулись и медучреждения.

По официальной информации, в Одессе, к примеру, имеется лишь около 7500 респираторов, а по оценкам Центра общественного здоровья, суточная потребность медучреждений города в респираторах в случае вспышки коронавируса составляет 500 единиц. Защитных очков (без которых респираторы, вообще говоря, бессмысленны) только 1200 штук, тогда как нужно хотя бы 20 тысяч. Наибольшей проблемой являются аппараты искусственной вентиляции легких. Их в той же Одессе, к примеру, имеется 64, всего в области — 136. По оценкам антикризисного штаба, созданного при Одесской облгосадминистрации, нужно еще хотя бы 40. А лучше еще 100.

Власти готовы выделять деньги на закупку необходимого, но проблема в том, что в условиях дефицита приобрести все это не представляется возможным: производители по всему миру загружены заказами и новые брать попросту не решаются. И если, к примеру, маски начали оперативно изготавливать на различных предприятиях области (шьют их, к примеру, даже в Архангело-Михайловском женском монастыре), то вот аппарат искусственной вентиляции легких «на коленке» не соберешь. С учетом этого жесткие карантинные меры выглядят оправданными. Хотя сегодня они приносят гражданам куда больше неудобств, нежели сам вирус.

Особенно много трудностей возникает в связи с транспортными ограничениями. В Одессе, к примеру, зафиксировано уже несколько случаев хулиганства со стороны пассажиров, которых отказываются пускать в вагоны общественного транспорта, где уже есть 10 человек. Возмущенные горожане, не попавшие в десятку, несколько раз бросались с кулаками на водителей и кондукторов. Другие вымещали злость на «материальной части»: били стекла, ломали зеркала и двери. За первую неделю ограничений «Одесгорэлектротранс» сообщил о 40 тысячах гривен ущерба, нанесенного трамваям и троллейбусам хулиганами. Пожилой одессит, которого отказались пускать в трамвай, лег на рельсы перед вагоном — поднимали его оттуда уже с полицией. Случаются недоразумения и иного рода: к примеру, во Львове кашляющего пассажира силой выбросили из автобуса. А в Киеве разгневанный мужчина с матерным криком вышвырнул из салона троллейбуса кондуктора.

В особо сложной ситуации оказались те, кто, работая в городе, живет в пригородных населенных пунктах.

В обычное время это не является проблемой: в село Крыжановку или Великий Дальник добраться не многим сложнее, чем в отдаленные районы Одессы. Карантин внес коррективы: если внутригородской транспорт пусть и с ограничениями, но работает, пригородный не ходит вообще. Спасением являются частные автомобили и службы такси. «Как назло, две недели назад поставил машину в ремонт. Мучаемся неимоверно,— жалуется житель находящегося в 15 километрах от Одессы Дачного.— Кооперируемся с соседями, благо им тоже надо ездить на работу, вскладчину заказываем такси. Но все равно дорого: 200 гривен в одну сторону!»

От карантинных ограничений страдают и те, кого они, по идее, затронуть не должны: врачи и полицейские. Многие из них также живут за городом и на работу попасть не могут. Так, в больнице Ильичевска, города в Одесской области, который в рамках декоммунизации переименован в Черноморск, из 900 сотрудников иногородних 250, и главврач уже обратилась к горожанам за помощью в организации их доставки к месту работы и домой. Централизованную доставку таких сотрудников обещала организовать облгосадминистрация, однако пока дальше разговоров дело не зашло.

А вот ажиотажного спроса на продукты питания в целом не наблюдается. Всеукраинская сеть супермаркетов АТБ ввела было ограничения на продажу продуктов первой необходимости в одни руки, однако они не понадобились: вопреки ожиданиям, граждане Украины не кинулись сметать с прилавков гречку, соль и туалетную бумагу. По данным пресс-службы украинского «Монобанка», расходы на приобретение продуктов питания по сравнению с «докарантинными» временами выросли лишь на 15 процентов — то ли запасы провизии на черный день граждане Украины сделали еще во время предыдущих потрясений, то ли всерьез ситуацию с коронавирусом не воспринимают. По крайней мере, пока.

Куда более серьезная проблема — кризис, в который вогнали карантинные меры малый и средний бизнес, в первую очередь в сфере транспорта, торговли непродовольственными товарами и общественного питания. «Все мои деньги — в товаре. Товар я продать не могу. Начали удаленную торговлю, по заказу, но это капля в море,— сетует владелец сети небольших магазинчиков хозтоваров в Одессе.— При этом от необходимости платить аренду меня, к примеру, никто не освобождал. Надо рассчитываться с поставщиками. Также надо что-то платить работникам, пусть и не полную зарплату, но хотя бы половину, людям ведь тоже надо на что-то жить. В общем, месяц-то я, наверное, выживу. Но если карантин продлится два или три?»

Как это часто бывает на Украине, жесткие запреты распространяются не на всех. Крупная сеть строительных гипермаркетов «Эпицентр» продолжает работу, несмотря ни на что, хотя в перечень предприятий, торгующих товарами первой необходимости, определенно не входит. Количество покупателей здесь даже выросло, что вполне объяснимо в условиях, когда все конкуренты вынуждены были закрыться на карантин. Особые условия, в которых оказался «Эпицентр», объясняют близостью его владельца, нардепа Александра Гереги, к министру внутренних дел Украины Арсену Авакову — на некоторые вещи не влияет даже угроза коронавируса.

Лекарство хуже болезни?

Пока что большинство граждан воспринимает карантин то ли как интригующую диковинку, то ли как докучливое неудобство, а то и как приятный сюрприз в виде бесплатных выходных. И если даже в США все чаще звучат голоса, утверждающие, что тотальный карантин «не по карману» американской экономике, то уж для украинской экономики карантин может иметь и вовсе губительные последствия. Особенно если — о чем тоже ходят упорные слухи — его продлят после 3 апреля.

О массовых сокращениях речи пока не идет, а вот в неоплачиваемый отпуск своих работников отправляют многие.

Даже наиболее ответственные по отношению к своим сотрудникам предприятия зачастую переводят людей на сокращенное жалованье, другие же не всегда знают, как платить работникам даже самую скромную зарплату. «На работе сказали: все идут в отпуск за свой счет на две недели,— рассказывает сотрудница административного отдела одной из сетей, торгующих бытовой техникой.— Сначала я даже обрадовалась: наконец-то появилось время заняться разными делами по дому, которые уже много месяцев откладывала. Но сколько это продлится? Мы живем от зарплаты до зарплаты, особых накоплений нет. Есть небольшая заначка в долларах на случай чрезвычайных ситуаций, если кто-нибудь в семье заболеет или что-то подобное, но трогать ее не хотелось бы, а вдруг-таки эти деньги понадобятся?»

«Если карантин продлится хотя бы месяц или два, в Украине будет «весело»,— мрачно пророчествует руководитель одного крупного автотранспортного предприятия.— Коронавирус — еще не факт, что ты им заболеешь, а даже если заболеешь, то скорее всего не умрешь. А вот из-за карантина куче народу через два месяца попросту нечего будет есть. Евромайдан тогда покажется новогодним утренником…»

В правительстве говорят, что о ситуации знают, и надеются на помощь от Международного валютного фонта. Всего претендуют на 10 млрд долларов: 4,5 млрд — в качестве матпомощи из-за коронавируса, еще 5,5 млрд — в рамках обычной программы сотрудничества с фондом. Удастся ли Украине получить эти деньги и хватит ли их на недопущение коллапса экономики, остается только гадать.

Тем временем курс доллара уже перевалил за отметку 28 гривен — это почти на 15 процентов дороже, чем в начале марта. Мнения о том, как связаны рост курса и карантинные мероприятия, расходятся. Одни говорят, что рост курса является обычным следствием любой дестабилизации обстановки в стране. Другие же указывают, что из-за карантина и спада экономической активности курс растет даже медленнее, чем мог бы, ведь сворачивание деятельности широкого спектра предприятий, в особенности в сфере торговли, не могло не привести к снижению спроса на инвалюту по сравнению с нормальной ситуацией.

И все же панических настроений в связи с коронавирусом пока не ощущается — по крайней мере, в весенней Одессе. Улицы стали менее многолюдными, чем до введения карантинных мер, однако и опустевшими их тоже не назовешь. Так что призывы оставаться дома, которые распространяют СМИ и политики в социальных сетях, пока не имеют особого эффекта. Люди в масках на улицах встречаются, но их меньшинство.

Общество встревожено, но не напугано, предчувствует неприятности, но еще не нервничает, рефлекторно ждет гадостей от властей, но пока еще не злится. Информации и слишком много, и слишком мало одновременно, и доминирующим настроением является беспокойство и неуверенность в завтрашнем дне. Впрочем, если подумать, в подобном психологическом режиме украинское общество существует уже далеко не первый год.

Юрий Ткачев

Оригинал материала: «КоммерсантЪ»

«Газета.Ру», 31.03.20, ««Маски сброшены»: Зеленский продавил земельную реформу»

Верховная рада в ночь на 31 марта приняла один из самых резонансных законов за время президентства Владимира Зеленского — о продаже земли. Это было одним из условий МВФ для предоставления Украине очередного транша. Причем по инициативе нет согласия даже внутри «Слуги народа». Президент Украины намерен исполнить все требования МВФ, чтобы избежать дефолта. Однако эксперты и политики до последнего спорили, что в этой ситуации хуже.

Верховная Рада Украины приняла во втором чтении законопроект о продаже земли. Резонансная инициатива заставила сторонников реформы пойти на компромиссы. Чтобы убедить депутатов проголосовать за инициативу, президент Украины Владимир Зеленский лично прибыл в Раду — по законам режима ограничений, он приехал на заседание в маске.

Голоса за проект дали только четыре фракции: 206 членов пропрезидентской партии «Слуга народа» (из 246), партия экс-президента Петра Порошенко «Европейская солидарность», «Голос» и группа «Доверие».

«Маски сброшены! Как только президент Зеленский и депутаты, которые работают в интересах международных спекулянтов, сдали Украину, проголосовали за продажу земли!», — так отреагировала на принятие документа Юлия Тимошенко.

Банковский законопроект напрямую связан с олигархом Игорем Коломойским, который пытается вернуть Приватбанк. Бизнесмена негласно называют спонсором президентской кампании Владимира Зеленского, и определенное влияние на политические процессы в стране ему приписывают до сих пор. Инициативу поддержали в первом чтении 276 голосами.

Однако наибольший резонанс вызвал именно законопроект о продаже земли. Он предполагает снятие запрета на отчуждение земель сельскохозяйственного назначения всех форм собственности. Инициатива обсуждалась с ноября и сопровождалась потасовками в Раде, публичными перепалками и массовыми протестами. Опубликованные в начале марта результаты исследования Центра Разумкова свидетельствуют, что 64,3% украинцев выступают против снятия моратория на продажу сельскохозяйственных земель.

Президент активно поддерживал законопроект и лоббировал его скорейшее принятие, даже несмотря на то, что продажа земель стала одним из главных факторов, повлиявших на падение его рейтинга.

В первоначальной версии законопроекта подразумевалось, что покупать землю смогут граждане Украины, территориальные общины, государство, юрлица Украины, а также иностранцы, но только после разрешения через референдум. Именно возможность продажи земли иностранцам вызывала наибольшее возмущение среди украинцев. Также многие высказывали недовольство тем, что продать в одни руки можно было 200 тыс. га земли. Украинские СМИ, ссылаясь на источники, сообщали, что голосов для принятия законопроекта не хватает, что, учитывая абсолютное большинство «Слуги народа» в парламенте, говорит о значительных противоречиях в партии президента.

Тимошенко назвала принятый Радой закон о земле «сдачей Украины»

В первоначальную версию законопроекта было внесено около 4 тыс. правок. Итоговый вариант инициативы претерпел значительные изменения. Так, нормы по продаже земли в одни руки уменьшились с 200 тыс. га до всего 100 га. Ограничения будут действовать до 2024 года, и только после этого разрешат покупать до 10 тыс. га. Кроме того, лишь через четыре года приобретать землю смогут юридические лица. Предусматривается также первоочередное право на покупку угодий арендаторами, а государственная земля продаже не подлежит. Были сдвинуты сроки запуска рынка земли — с 1 октября 2020 года на 1 июля 2021 года. Впрочем, пункт о продаже земли иностранцам остался неизменным — они могут получить право на покупку только через референдум.

Как сообщала «Страна.ua» со ссылкой на источники, прежде чем проводить голосование, депутаты хотели получить гарантии от МВФ, и они их получили. На днях украинский лидер заявил о договоренности с фондом о выделении $8 млрд, еще $2 млрд согласился предоставить Всемирный банк. Всего речь идет о $10 млрд, однако только при условии принятия обоих законопроектов.

«В течение где-то дней пятнадцати после принятия законов мы получим первый быстрый транш. Он будет около двух миллиардов долларов США. Получим сразу в бюджет Украины, а не в НБУ», — сказал президент 27 марта на заседании партии «Слуга народа», на котором не присутствовало около половины депутатов.

Экономическая ситуация в стране действительно ставит вопрос о предоставлении помощи от МВФ в категорию первоочередных.

За 2020 год Украине надо выплатить $17 млрд внешнего долга. Киев находится в трудных обстоятельствах и без учета пандемии коронавируса и падения цен на нефть после провала сделки ОПЕК. Однако мировой экономический фон, конечно, еще больше сказывается на финансовой ситуации в стране.

Споры, насколько целесообразно сотрудничество Киева с фондом, ведутся уже долгое время. На фоне последних событий набирает популярность идея отказа от помощи МВФ. Сложившиеся сегодня обстоятельства, как считают сторонники этой точки зрения, создают наиболее благоприятные для Украины основания, чтобы поставить вопрос о реструктуризации внешних долгов, направив освободившиеся средства на реформы и стимулирование экономики.

Как пригрозил 30 марта Зеленский, если Украина не примет оба законопроекта, то стране грозит дефолт: «Украина фактически оказалась на перепутье и имеет два пути. Первый — принятие двух жизненно важных законов. <…> Второй путь — провал этих законов. После — упадок экономики и угроза дефолта».

Отказ от помощи МВФ может привести к дефолту, однако это не станет катастрофой, считает директор киевского Центра политических исследований и конфликтологии Михаил Погребинский.

«Он [Зеленский] не понимает, что дефолт — это не конец жизни. Наоборот, дефолт может быть началом выздоровления, а если ты занимаешь еще какие-то деньги, причем эти деньги тебя не выручат в нынешней ситуации… Чтобы перейти к росту, этих денег точно не хватит, поэтому ты залезаешь дальше в долги, из-за которых потом придется расплачиваться украинскими активами. Я сторонник дефолта в данных обстоятельствах», — отмечает в разговоре с «Газетой.Ru» эксперт.

Президент Украины точно не является сторонником этой идеи, этим и объясняется его лоббирование законопроектов. Президент упорно не сдается, не уставая указывать на обязательства перед МВФ.

«Мы уже выполнили больше, чем любое предыдущее правительство, и они [МВФ] это подтверждают. У нас осталась земля и банковский закон. Я взял на себя обязательство принять закон о земле и закончить с банковским законом — мы это сделаем», — сказал он недавно в интервью Bloomberg.

Тем не менее процесс принятия законопроектов застопорился. Еще 17 марта Верховная рада должна была рассмотреть оба законопроекта и завершить их обсуждение. К этому призывал Владимир Зеленский. Однако парламент ушел на карантин.

И, по всей вероятности, причинами, по которым забуксовало принятие законопроекта, стали именно недобор голосов и процедурные сложности, обойти которые не позволяли противники инициативы. Об этом, например, сообщил в разговоре с «Газетой.Ru» депутат от партии экс-президента Петра Порошенко «Европейская солидарность» Алексей Гончаренко.

«Дело в том, что там масса правок, которые остались. Еще 720 правок не рассмотренных, и поэтому я не понимаю, как в соответствии с регламентом парламента можно обойти их и не рассмотреть. И, кроме того, я так понимаю, что есть проблема с голосами в поддержку этого закона, потому что вообще рассматривать его во время эпидемии, я считаю, — практически мародерство», — пояснил Гончаренко.

Однозначно против инициативы выступает «Оппозиционная платформа — За жизнь». В партии называли законопроект предательством со стороны правительства, которое положит начало «операции по передаче украинских черноземов под контроль иностранцев, рейдеров и земельных олигархов».

Не голосовала за инициативу и «Батькивщина».

«На внеочередном заседании парламента они планируют принять закон о распродаже украинской сельскохозяйственной земли. Закон, который уже через несколько лет позволит иностранцам скупить наши черноземы. И наша земля будет приносить свои плоды и прибыли не украинцам, а международным холдингам, которые давно положили на нее глаз», — написала накануне заседания председатель партии Юлия Тимошенко в своем Facebook.

По мнению Михаила Погребинского, уступок, на которые пошло правительство в законе о продаже земли, недостаточно. Инициатива будет вызывать резонанс в любом виде.

«Никакие исправления, послабления в законе не могут гарантировать того, что наши замечательные черноземы не окажутся в руках либо собственных украинских бандитов, агроолигархов, которые будут эксплуатировать землю, выдавливая из нее все соки, или зарубежных концернов, уже довольно большое количество земли находится под их контролем», — считает Михаил Погребинский.

Кроме того, эксперт уверен, что в сложившихся условиях принятие закона попросту неприемлемо.

«Эти послабления не вызывают доверия, не говоря уже, что проводить такую судьбоносную реформу — это фактически последний украинский актив, который довольно дорого потенциально может стоить — проводить ее в ситуации кризиса на Востоке, да еще экономического кризиса вообще, да еще в условиях пандемии, да еще в ситуации слабой власти, невероятно слабого президента, все считают, что это безрассудно и это нельзя в нынешних обстоятельствах делать. Это откладывать надо до лучших времен. Ясно, что сегодняшние обстоятельств не подходят для этого», — подытожил эксперт.

Анна Юранец