Работавший в предвыборном штабе Владимира Зеленского политтехнолог Владислав Рогимов рассказал, как они сделали шоумена президентом

Гражданин России, политтехнолог Владислав Рогимов работал в предвыборном штабе нынешнего президента Украины Владимира Зеленского. Рогимов рассказал нам о тайнах современной украинской политкухни и о том, что общего между Коломойским и Ходорковским.

— Ты был представителем PR-службы Владимира Зеленского на выборах президента Украины. Как ты вообще попал на нему на работу?

— В 2018-м я перебрался на Украину. Работал в штабе Зеленского, в его PR-команде, с октября 2018 года по май 2019 года.

После экономического форума в Польше, проходившего в городе Крыница-Здруй (его еще называют польским Давосом), мне предложили прилететь в Киев. Это были мои друзья, которых я знаю много лет по сфере шоу-бизнеса. В принципе я летел в неизвестность, не имея представления о том, что за работа мне предстоит.

В Киеве меня позвали присоединиться к команде Зеленского. Именно тогда я познакомился с Владимиром Александровичем. Он — человек слова и в работе, и в жизни. В жизни он вспыльчивый, но корректный, иногда может и матом послать. Он профессионал. Как бизнесмен и актер — знает, чего хочет.

Предвыборная гонка была для него своеобразной реализацией бизнес-плана. От людей он требовал работать днями и ночами. Штаб был открыт круглосуточно. В плане финансов в момент работы мы не нуждались ни в чем. У нас были все условия для качественной предвыборной кампании.

— Известно, что Зеленского считали техническим кандидатом, а он вдруг стал президентом. В какой момент его команда почувствовала этот перелом? Как лично Зеленский оценивал свои шансы на старте кампании?

— Он никогда не ставил себя запасным, у нас изначально была цель выйти во второй тур. Когда мы поняли, что во втором туре будет Порошенко, то стало очевидно, что первое место нам обеспечено. Именно это стало переломным моментом.

фото: AP

Зная Тимошенко лично, скажу, что она — профессионал, как политик и как бизнесмен, но она никогда не пошла бы на президенты. Ей удобно быть рядом и второй, но не первой. Тимошенко нормально отнеслась к выбору народа Украины, и она, поверь, всем довольна и уж точно поддерживает Зеленского.

— В чем заключалась твоя работа?

— В штабе Зеленского я отвечал за аналитику, генерирование контента для роликов, а также за раскрутку в интернет-ресурсах и мессенджерах. Придумывал нестандартные пиар-ходы.

В плане роликов работа велась с профессиональными сценаристами и режиссерами. Я не могу сказать, кто сделал больше или меньше, не хочу обижать никого из ребят нашей команды. Каждый из них профессионал. Нас было немного, но из разных стран.

— Ты начал работать в PR-команде Зеленского еще в октябре 2018 года. Означает ли это, что уже тогда он начал свою кампанию по выборам президента Украины, о которой официально заявил только 1 января этого года?

— На самом деле его кампания по выборам президента Украины началась гораздо раньше октября 2018 года. Была профессиональная и грамотная ее подготовка.

С января по май, когда кампания стала публичной, к каждому руководителю штаба и пиарщикам, которые работали в тени и особо не светились даже на фото, была приставлена личная охрана, и это накладывало определенные неудобства.

Нам снимали квартиры, закрепили машины с водителями, также выдали медицинские полисы, так как ОМС на Украине нет. Во втором туре Зеленского начали охранять спецслужбы.

— Изменился ли характер Зеленского после победы, по твоему мнению? Почему тебя не позвали на дальнейшую работу?

— Нет, характер Владимира Александровича не изменился. Я его видел в последний раз на большой пресс-конференции в Киеве, исходя из этого сделал соответствующие выводы.

Почему мне не предложили работу после победы Зеленского? Я полностью отработал то, о чем мы договаривались. В моем случае речь могла идти только о повышении. Но я не являюсь гражданином Украины, а значит, не имею права занимать государственный пост.

Но те 8 месяцев, которые я провел в PR-команде Зеленского, дали мне колоссальный опыт и дружбу со многими хорошими людьми. Я благодарен всем.

— Кто финансировал президентскую кампанию Зеленского? Имел ли к этому отношение Игорь Коломойский?

— Зеленский финансировал себя самостоятельно. Я не слышал ни от кого в штабе иной информации. Что касается Коломойского, то это очень умный человек, профессионал своего дела в финансовой сфере. Его обманул Порошенко, отнял его детище, Приват-банк. Коломойский просто пытался вернуть себе то, что у него отобрали.

— Ты сейчас поддерживаешь контакты с администрацией Зеленского? Может быть, тебе удается подсказывать какие-то пиар-ходы новому президенту Украины?

— Разумеется, я общаюсь с людьми Зеленского и готов к их предложениям, которые не связаны с занятием государственных постов.

Владислав Рогимов
фото: youtube.com

«Радикалы — это просто театр»

— Владислав, ты веришь, что Зеленский сможет реально влиять сегодня на ситуацию на Донбассе? Насколько Зеленский — реальный политик, а не плод в том числе и твоего пиара?

— Что касается развода сил в Золотом и других населенных пунктах — Зеленский был в Золотом как со СМИ, так и один, уже ночью. Это доказывает то, что он не только на словах, но и на деле хочет мира в своей стране.

Он не отказывается от обмена военнопленными через Медведчука, также ведет переговоры по телефону с Владимиром Путиным. Но я уверен, что, пока не пройдет его личная встреча с Президентом России, реального развода сил не будет.

А радикалы — это просто театр. Радикалы, батальон «Азов», подчиняются Авакову, а он — Зеленскому, как министр внутренних дел Украины. Но нужно же как-то оттянуть вывод, чтобы побольше набрать очков к переговорам в нормандском формате. Вот и набивается цена.

Все будет понятно после личной встречи двух лидеров. Зная Зеленского, могу сказать, что ему в первую очередь необходимо закончить войну на Донбассе и, конечно, решить вопрос по транзиту газа. А что касается радикалов — типа они не дают развести силы, то это полностью придуманная акция.

Нельзя сразу сломать тот «дом», который «построил» Порошенко. Еще раз говорю, подождите года два-три — и все увидите сами. Большинству граждан Украины эти радикальные настроения не нужны и чужды.

Что касается Минских соглашений, то после подписания формулы Штайнмайера все будет потихонечку восстанавливаться.

— Владимир Зеленский говорит что-то странное про списки «Миротворца», называя этот сайт чуть ли не СМИ и с этим связывая невозможность его закрытия. Это действительно так?

— Насколько мне известно, ты тоже есть на сайте «Миротворец». Тебе это как-то мешает? Я думаю, что нет, — так же, как и другим людям, упомянутым на этом сайте. Давай еще вспомним о том, что на «Миротворце» была даже жена Зеленского. Теперь этот сайт не имеет такого веса, как было раньше, при Порошенко, так что не стоит обращать на него внимание.

— На сайте указано большое количество людей с адресами и телефонами. Они согласие на обработку своих персональных данных не давали. Это абсолютно точно является нарушением. Почему Зеленский на этом основании не закрывает сайт?

— Всему свое время. То, что данные там присутствуют – как минимум, некрасиво. Но это эхо власти Порошенко. Пока Зеленскому необходимо поставить на местах своих людей, а также провести новые законы. Это сейчас не вопрос приоритетной важности. Прежде всего, нужно решить вопросы внутри страны, закончить войну и наладить отношения с Россией.

«Пономарева было не узнать»

— Расскажи о своей предыдущей работе с депутатом Госдумы Ильей Пономаревым. Ставшей для него определенным образом судьбоносной: ведь именно ты, насколько я знаю, предложил ему проголосовать против воссоединения Крыма с Россией. Как оказалось, он был такой единственный…

— Начал я работать с ним в 2013 году и числился его помощником до лета 2016 года.

Перед самым заседанием по Крыму Илья вызвал меня посовещаться, мы были вдвоем, он сообщил мне о своем решении по голосованию (воздержаться), но у него были сомнения на этот счет. Я предложил Илье Пономареву проголосовать против присоединения Крыма к России. На мой взгляд, воздерживаться по такому важному вопросу было просто нельзя, нужно поступать, как мужчина.

Также я напомнил Илье, что среди россиян есть порядка 10 процентов людей, которые не примут присоединения Крыма к России. Я сказал ему, что он обязан озвучить и их мнение.

В действительности господин Пономарев не думал, что проголосует против этого решения один. Предполагалось, что еще как минимум 10–15 депутатов выскажутся против и столько же воздержатся.

Сразу после исторического заседания я снова пришел в кабинет Пономарева. Его было не узнать. Он был явно напуган и растерян. И все время повторял: «Как же так?» На столе стояла бутылка виски. Я посоветовал ему сделать несколько интервью и в них развернуто пояснить собственную позицию, что он потом и сделал. Однако разъяснял он свою позицию как-то по-своему, что оттолкнуло от него многих знакомых и, разумеется, избирателей.

— Чувствуешь ли ты свою ответственность за то, что пустил под откос карьеру Пономарева в России? Сейчас он находится под следствием, покинул родину. Не гложет ли тебя совесть?

— Это было его решение. Я считаю, что это голосование во многом ему помогло и помогает до сих пор. У меня было от него определенное задание, и я его отработал. То, за что в России его осудили, точно не касается его голосования по Крыму. Я знаю, почему это произошло, но говорить не буду. Извините, у меня здесь живут близкие.

— Он как-то попрощался с тобой, когда покинул Россию?

— Нет. Он ничего никому не говорил, просто поехал в командировку, как обычно, и больше не вернулся.

Весной этого года мы случайно столкнулись в Киеве. Он был под охраной СБУ. Стоял рядом с Максаковой. Я подошел, мы перекинулись парой слов, я поздоровался с Марией. Я был знаком с ней и ее покойным мужем Вороненковым еще по Госдуме.

«Ходорковский и Коломойский — одинаковые»

— Ты работал с Михаилом Ходорковским после окончания работы в Госдуме…

— Около полугода мы работали на постоянной основе, потом я выполнил несколько его индивидуальных заказов в Европе. Они не касались России, я поставил такое условие, так как у меня в России живут дети и родители.

— Опиши, пожалуйста, Михаила Борисовича. Каким он тебе показался человеком? Какие им движут помыслы?

— Михаил Борисович мне показался человеком, который реально переживает за Россию и за своих друзей, которые остались там. В СМИ пишут, что он хочет развалить страну. На мой взгляд, это не так. Он хочет помочь друзьям в России, которые так же, как и он, потеряли много денег.

По опыту и по судьбе я бы сравнил Ходорковского с Коломойским, но Коломойский не сидел столько лет в тюрьме.

Ходорковский и Коломойский, если их поставить рядом, совершенно одинаковые. Но Ходорковский более спокойный и мягкий. Коломойский мне показался немного хамоватым, но это ему помогает в жизни и в работе. Если бы он не был таким, то он бы не был Коломойским. Они умные финансисты и профессионалы своего дела.

Коломойский более вспыльчивый и злопамятный. Я, когда работал с Ходорковским, думал, что Россия потеряла хорошего министра или губернатора.

— Жалеет ли Ходорковский о том, что не в России сейчас?

— Однажды он действительно пожалел, что не смог приехать в страну из-за возбужденного в его отношении уголовного дела. Он не смог присутствовать на похоронах своего близкого человека. Михаил Борисович был опустошен этим фактом.

— Можешь ли ты вот так — запросто, по-дружески — позвонить Зеленскому, Коломойскому, Ходорковскому?

— Коломойскому и Зеленскому я могу позвонить в любую минуту и поговорить с ними напрямую, в отличие от Ходорковского — с ним связь осуществляется через посредника. Ты спрашиваешь, почему я не говорю об этих людях негативных вещей, как это делают многие после завершения сотрудничества. Да просто потому, что они мне ничего плохого не сделали.

— Украинские политики сильно отличаются от российских?

— Многие украинские политики являются чьими-то ставленниками. Они говорят только то, что им скажут.

Общаясь с Юлией Тимошенко, я понял, что она очень умна и знает, чего хочет. Ее опыт и целеустремленность во многом ей помогают.

Медведчук старается помочь людям, но как бизнесмен всегда ищет выгоду.

После того, что произошло на Украине в результате Майдана, мне жаль лишь одного человека, а именно — бывшего премьера Николая Азарова. Он очень умен. К нему всегда относились уважительно обычные украинцы, политики нынешней власти и даже политики времен Порошенко. Всем жаль, что Янукович серьезно его подставил. Причем Янукович подставил не только его, но и многих других людей, страну.

— По сути, мы с тобой теперь находимся, как это принято говорить, «по разные стороны баррикад», ты работаешь и живешь на Украине, я — российский блогер и член экспертного совета по развитию информационного общества и СМИ при Госдуме. Мы вполне нормально с тобой общаемся. Означает ли наш пример, что нормальный диалог России и Украины в ближайшие годы, несмотря на принципиальные разногласия, тоже возможен?

— При нормальном диалоге, которого пока нет, всегда можно найти точки соприкосновения. А он нужен, мы же братские народы. И я точно знаю, что СМИ ни с одной, ни с другой стороны не должны сталкивать наши страны. Нужен нормальный, конструктивный диалог, а не обвинения друг друга.

То, что сейчас происходит между Россией и Украиной, — плачевно и горько. Зеленскому сложно восстанавливать отношения после Крыма и Донбасса. Пролилась кровь, в СМИ на Украине говорили негативные вещи о России, а в России — об Украине.

Но я уверен, что через 2–3 года все наладится. Иного пути просто нет. Жить в вечной вражде — не выход.

Вадим Манукян

Оригинал материала: "Московский Комсомолец"