К владельцу группы компаний «Рольф» Сергею Петрову пришли за 4 миллиардами

Следственный комитет России (СКР) возбудил уголовное дело в отношении известного бизнесмена Сергея Петрова — владельца группы компаний «Рольф», крупнейшего в России автодилера. По версии следствия, с помощью топ-менеджеров, троих из которых 27 июня задержали, бизнесмен организовал сделку, в результате которой вывел за границу 4 млрд руб. Возвращаться в Россию, где ему грозит от пяти до десяти лет, господин Петров не собирается. При этом он не понимает, кому и как могла нанести ущерб сделка, которую следствие и ФСБ считают криминальной.

По данным “Ъ”, в минувшую среду председатель Басманного райсуда Москвы Ирина Вырышева с 9 утра до 16 часов дня удовлетворила 27 ходатайств следователей главного следственного управления СКР о производствах обысков и выемок в домах и квартирах в Москве и Санкт-Петербурге. Получив их, следователи, оперативники управления «К» службы экономической безопасности ФСБ и спецназ 27 июня ранним утром отправились на оперативно-следственные мероприятия, которые проводились не только в жилищах топ-менеджеров группы компаний «Рольф», но и в офисах, для обысков которых судебные санкции не требуются.

Следственно-оперативные мероприятия в офисах «Рольфа» проводились 27 июня с самого утра. Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

Сначала представители СКР и ФСБ приехали в головной офис ГК «Рольф» в столице — на Алтуфьевское шоссе. Там они предъявили постановление следователя, в котором говорилось, что мероприятия проводятся в рамках возбужденного ГСУ СКР уголовного дела по ч. 3 ст. 193.1 УК (совершение валютных операций по переводу денежных средств на счета нерезидентов с использованием подложных документов). Одним из его фигурантов значился владелец и руководитель группы компаний «Рольф» Сергей Петров.

Более десятка вооруженных людей в масках блокировали вход в здание и несколько помещений. Пользоваться компьютерами и телефонами сотрудникам компании они не разрешали. В частности, следователи провели обыски в кабинетах руководителей компании — гендиректора «Рольфа» Светланы Виноградовой, главного финансового директора компании Александры Озеряновой и директора департамента анализа и развития бизнеса группы Анатолия Кайро. У них изъяли всю финансовую документацию, касающуюся деятельности ГК «Рольф», а также офисную технику, самих топ-менеджеров доставили на допрос в здание СКР в Техническом переулке. На момент сдачи номера не было известно, намерено следствие ходатайствовать об избрании им мер пресечения в Басманном райсуде или нет. В СКР “Ъ” сообщили, что решение о том, в каком процессуальном статусе бизнесмены будут проходить по делу, будет принято по результатам их допросов.

У гендиректора компании Светланы Виноградовой обыскали кабинет, а саму ее допросили. Фото: РИА Новости

Параллельно аналогичные мероприятия прошли и в Санкт-Петербурге, где следователи обыскали два из пяти центров — «Рольф Витебский» и «Рольф Октябрьская». Там также изъяли документацию, но задерживать никого не стали. В УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленобласти “Ъ” подтвердили информацию о том, что их сотрудники участвовали в оперативных мероприятиях, отметив, что их инициатором выступал центральный аппарат СКР. Также обыски прошли в квартирах и загородных домах фигурантов уголовного дела. Изъятые документы и технику на нескольких минивэнах привезли в ГСУ СКР, где к их изучению следователи намерены приступить 28 июня. Очевидно, после этого будут назначены бухгалтерские и финансовые экспертизы, а пока, по данным источников “Ъ”, следователи руководствуются данными, поступившими к ним из ФСБ и Росфинмониторинга.

Официальный представитель СКР Светлана Петренко сообщила, что, по версии следствия, организатором вывода средств выступал Сергей Петров, являющийся фактическим владельцем и руководителем компаний ООО «Рольф» и «Рольф эстейт», а также кипрского офшора «Панабел лимитед». В 2014 году господин Петров, действуя, по версии следствия, из корыстных побуждений и в нарушение требований федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле», вступил в сговор с руководителями вышеуказанных организаций на совершение действий по незаконному перечислению денежных средств, полученных от коммерческой деятельности компании «Рольф», на счета подконтрольной ему «Панабел лимитед». Для осуществления аферы, говорится в деле, соучастники обеспечили изготовление заведомо подложного договора купли-продажи о приобретении компанией «Рольф» у кипрского офшора акций «Рольф эстейт» по многократно завышенной стоимости в 4 млрд руб.

После этого, как считают в СКР, деньги через подконтрольный господину Петрову столичный банк были перечислены на счет офшора, открытый в австрийском банке, и оказались в распоряжении владельца ГК «Рольф».

Сам 64-летний бизнесмен Петров для следствия оказался недоступен. По информации ряда источников “Ъ”, уже несколько лет он и бывший гендиректор «Рольфа» Татьяна Луковецкая, которой также интересовались участники обысков, проживают за границей. В то же время 11 июня госпожа Луковецкая официально назначена вице-президентом по продажам и маркетингу компании «Аурус», продвигающей люксовый российский автомобиль Aurus. Господин Петров, по некоторым данным, в момент следственных действий был в Австрии.

Фото: Михаил Почуев / Коммерсантъ

До прихода в бизнес господин Петров в 1975 году окончил Оренбургское высшее военное авиационное училище и в 1982 году был уволен из армии в звании майора и исключен из КПСС за участие в неофициальной демократической организации и антисоветскую агитацию. А автобизнесом он занялся еще в 1989 году, когда стал директором подразделения по прокату автомобилей и услугам такси совместного советско-северокорейского предприятия «Розек».

Еще через два года Сергей Петров создал компанию «Рольф» и до 2004 года был ее президентом и главным исполнительным директором. В 2007 году стал депутатом Госдумы от «Справедливой России» (СР). Его называли одним из спонсоров этой партии и других оппозиционеров. В самой СР 27 июня заявили, что политическая деятельность господина Петрова не была связана с этой партией, да в ней он, собственно, и не состоял.

В отличие от большинства парламентариев, он поддерживал протестные акции, голосовал против некоторых законопроектов, в том числе резонансных «закона Димы Яковлева» и «пакета Яровой».

Напомним, что первый был принят Госдумой в 2012 году и ввел запрет на усыновление российских детей гражданами США. Второй закон датирован 2016 годом, и в нем речь шла о внесении изменений и дополнений в закон «О противодействии терроризму». В частности, изменения, внесенные депутатом Ириной Яровой, привели к расширению полномочий правоохранительных органов, ужесточению требований к операторам связи и операторам почтовой связи. Кроме того, был усилен контроль и за деятельностью различных религиозно-миссионерских организаций. При этом господин Петров не участвовал в голосовании о присоединении Крыма к России.

В 2016 году господин Петров сложил полномочия и вернулся в бизнес, став председателем совета директоров ООО «Рольф». По данным журнала Forbes, на 2019 год состояние Сергея Петрова оценивалось в $900 млн (114-е место в рейтинге богатейших бизнесменов России).

В разговоре с “Ъ”, господин Петров отметил, что не имел отношения к сделке, о которой говорит следствие, поскольку в 2014 году был депутатом Госдумы. Впрочем, сделку по покупке «Рольфом» компании «Рольф Эстейт» у собственной кипрской структуры он назвал логичной в рамках процесса реструктуризации бизнеса и не понимает, кому она могла нанести ущерб. «Следователи уже несколько последних лет проверяли в «Рольфе» различные трансакции и никаких нарушений не находили. Сейчас я понимаю, что у них, очевидно, была цель нарыть хоть что-то»,— сказал господин Петров. По словам бизнесмена, свое возвращение в страну он не исключает, но лишь после того, как «досконально разберется во всей этой истории».

При этом господин Петров отметил, что раньше ему неоднократно поступали предложения о продаже бизнеса, но он на них не реагировал.

«Это в совокупности с другими факторами потенциально могло стать причиной преследования, но однозначно утверждать это я не берусь»,— отметил господин Петров. Источник “Ъ” в СКР не исключил, что отказ господина Петрова от участия в следственных действиях может закончиться объявлением его в международный розыск с заочным арестом судом.

«Рольф» — один из основных игроков рынка авторитейла. Согласно рейтингу журнала «Автобизнесревю», с 2014 года по настоящее время это крупнейший автодилер в стране. В 2018 году выручка холдинга выросла на 27,5%, до 229,7 млрд руб., EBITDA — на 35,7%, до 11,9 млрд руб., чистая прибыль — на 66%, до 6,2 млрд руб. Чистый долг сократился до 20,8 млрд руб. Головная компания холдинга — кипрская Delance Limited, в которой 98,32% у траста Calmco Trustees Limited (действует в интересах семьи Петровых), еще 1,68% у Игоря Малярова. Delance Limited принадлежит ООО «Рольф», которое контролирует остальные компании холдинга.

В 2018 году компания увеличила продажи на 15% (выше общих темпов роста авторынка), до 96,7 тыс. новых машин, ее доля на рынке новых иномарок в России составила 7,2%. В портфеле дилера более 20 брендов, включая Audi, BMW, Hyundai, Kia, Land Rover, Lexus, Mazda, Mercedes-Benz, Mitsubishi, Nissan, Renault, Skoda, Toyota, Volkswagen.

Участвовавшие 27 июня в обысках в «Рольфе» СКР и ФСБ сами были среди крупнейших клиентов дилера.

Так, управление материально-технического обеспечения ФСБ в 2016–2017 годах заключило с ним 34 контракта на 600 млн руб.

Дилер поставил на Лубянку грузопассажирские Ford Transit, легковые Ford Focus и Mondeo, Hyundai Solaris и i40 и др. СКР «Рольф» в рамках шести контрактов продал машин на 109,5 млн руб., в основном Skoda Rapid и Ford Focus. Кроме того, ведомство проводило в «Рольфе» техобслуживание и ремонт своего автопарка.

Олег Рубникович, Ольга Никитина, Марина Царева

Оригинал материала: «КоммерсантЪ»

«Дождь», 27,06.19, ««Разросшийся аппарат, ошалевший от бесконтрольности»: интервью с основателем «Рольфа» Сергеем Петровым, чей бизнес проверяют силовики»

ФСБ провело обыски в представительствах крупнейшего автодиллера «Рольф». В «Рольфе» заявили, что следователи мешают работе компании и создают неудобства клиентам. Такое поведение создает репутационные и имиджевые риски для автодилера. СК заявил, что речь идет о незаконном выводе четырех миллиардов рублей за рубеж. Основатель компании Сергей Петров рассказал о возбужденном против него уголовном деле.

Сергей Анатольевич, здравствуйте!

Здравствуйте!

Скажите, пожалуйста, что это за дело все-таки, по поводу которого якобы сегодня приходили сотрудники ФСБ, о выводе капиталов за рубеж?

Это дело, как сейчас пока, по крайней мере, я слышу от наших юристов, на основании покупки в 2014 году части «Рольф Эстейта» компании Panabel, которой было выплачено четыре миллиарда. Как Следственный комитет заявляет, это фиктивная сделка по подложным документам. Однако я даже сейчас вижу, что, в общем-то, на основании ЕГРЮЛ эта сделка была совершена, акции были переданы, то есть никак уже она не может быть ни фиктивной, ни подложные документы. Можно спорить об оценке, но оценку у нас еще никто не запрашивал. Мы ее имеем, независимую.

Поэтому я думаю, что это придирочный такой кейс. Судя по тому, как сегодня обширно они проводят там обыски, не знаю, по-моему, на 23 адресах, людей привлекают тех, которые когда-то работали и в Думе, и так далее, совершенно не связанных с 2014 годом, с этой транзакцией, то идет поиск что-нибудь найти. Почему я так уверен? Так как два или уже три года они занимаются этим делом довольно непрерывно.

Сначала запрашивали все банки вокруг нас, изымали, конечно, с помощью постановления суда, потому что иностранные банки, изымали, и там было видно, что ищут что-то такое. За год, например, все транзакции. Потом, не найдя там, через несколько месяцев за три года еще приходят, потом за десять лет последние, начиная с прошлого года где-то, с июня-июля.

Поэтому, найдя вот такую транзакцию как предлог, зная, что, скорее всего, ее, конечно, не удержать в логике, если вы начнете задавать вопросы более разумно, да, «Стоп, ребята, давайте попробуем поговорить. А где там умысел?». Понимаете, 193-я статья все-таки предполагает умысел, а умысел там даже… Я помню, было такое, когда эту статью вводили, а они вводили по предложению правительства, и за подписью Медведева было разъяснение, что обязательно здесь должен быть какой-то смысл в этом.

Поэтому я вижу, что это все-таки такая большая политическая задача разросшегося аппарата ФСБ и силовиков, которым надо какую-то пищу постоянно подбрасывать. Поэтому они сейчас находятся на стадии такого заглатывания.

А почему это именно сейчас произошло, как вы считаете? Какой был триггер именно в данный момент?

Я думаю, нет триггера. У них просто доходят руки, у них эта машина работает. Вот появились свободные. Кого там сейчас последнего посадили, задержали, арестовали, обыскали? Якобашвили, Абызов. Есть сотрудники, они должны работать, давайте пошлем их сюда. У нас давно это готовится, мы давно тут ищем.

Я читала один из ваших комментариев, где вы говорите, что к вам давно обращались с предложением купить бизнес, в том числе купить за полцены, и вы употребляли такую формулировку, как рейдерский захват.

Анна, это побочное явление. Вот когда огромный аппарат работает, что-то там роет, всегда появляются какие-то люди, которые видят, что здесь ничего, может быть, нет, но пойду-ка я и скажу, дай-ка сделаю предложение: «Продай-ка ты вот за полцены». А я отнесу кому-то еще эту покупку, еще прибавлю свою копеечку.

Бывает такое, я не исключаю, потому что такие предложения поступают и поступали. Естественно, в такой ситуации мы с ними разговаривать не можем.

Вы говорите, что это политический заказ или какая-то политическая подоплека за этим стоит. Какая ваша деятельность политического свойства может быть причиной вообще этой активности силовиков?

Это надо к ним обращаться, потому что у них, вы видите по данным, нет такого места, где с ними можно было бы общаться. Откуда вы это взяли? Ну откуда? Наверно, есть у них, как всегда, какой-то информатор, который хочет сойти за информированного, что-то им рассказывает, что я финансирую кого-то.

Действительно, я участвовал и всегда старался поддерживать все демократические, свободолюбивые какие-то движения, и Явлинского, и Навального, если это было возможно хоть как-то поддержать, не всегда это деньгами, а морально. Но это не запрещенные организации, собственно говоря. Им же нечего предъявить мне! А что такое, и что?

Мы вспомнили, что два года назад «РЕН ТВ» уже пыталось каким-то образом вас сделать фигурантом каких-то политических обвинений, то есть уже действительно несколько лет идет поиск какой-то информации против вас, да, пытаются связать вас с оппозицией, правда, не знаю, в чем здесь обвинение может быть.

Вот я тоже пока не знаю, поэтому вся проблема, что мы с вами не можем на площадке, где нет вот этих подмигиваний и вот этого непонятного «вы же понимаете, да, что, сам маленький, не понимаешь?». Вот это все надо искоренять, потому что именно из-за этого мы сегодня имеем постоянно снижающийся ВВП нефтегазовый, если посмотреть на последние годы. То, что там рост показывает, это статистически, но ясно, что он не соответствует ни масштабу проблем, ни тому, что происходит.

И это, безусловно, разросшийся аппарат, ошалевший уже от бесконтрольности, потому что что такое ― проводить обыски по 20 адресам в шесть утра. Ради чего? Сделка была в 2014 году. Тех людей там сейчас нет, не работают. Нет, они приходят везде для того, чтобы создать вот этот тяжелейший какой-то навес. Я повторяю, здесь веду бизнес в Европе, два раза за 12 лет были вопросы. Все приходят, относятся с уважением как к работодателю, к налогоплательщику.

Мы платим больше 30 миллиардов налогов за последние три года, эти же люди, которым мы платим зарплату, приходят, просто останавливают бизнес, потому что не умеют вести себя… Ну как, мы пришли, мы должны что-то тут порушить, что-то сказать, указания дать, прекратить работу колл-центра или бухгалтерии. Сейчас вроде бы уже восстановили все, но это говорит о том, что никакого уважения к налогоплательщикам нет, никакого уважения к бизнесу нет, потому что никто не спрашивает. Да и бизнес пока, как журналисты, не может объединиться, чтобы поставить этот вопрос. Вы что хотите тут? Вернуть Госплан тогда? Скажите, мы закроемся, мы уедем.

Я думаю, что атакуют бизнес… Рейдерский захват маловероятен. Он, во-первых, зависит от разрешений производителей на конкретных акционеров, во-вторых, он очень низкомаржинальный и очень тяжелый.

А что ждет его теперь? После того, как, очевидно, это давление со стороны власти, это может как-то повлиять на него?

Я договорю.

Да.

Очевидно, что люди, которые сами никакого бизнеса никогда не имели, ничего не создали, могут думать, что это легко. Но они уже достаточно опытные в этом, они понимают, что они только могут разрушить все. Я могу завтра открыть новый, а они не могут, они ничего не умеют, они никогда ничего не делали для себя и не заработали, по-моему, ни рубля честно. Поэтому, конечно, сейчас желание замазать всех, найти какую-то… Написать там «четыре миллиарда вывели», не пытаясь даже, собственно, сначала поговорить: «Дайте документы. Как вы считаете?». Никогда на протяжении этих двух лет не было предложений объяснить вот эту транзакцию или еще что-то.

То есть к вам напрямую не обращались.

В компанию не обращались. Ко мне-то могли и не обращаться, я тогда не имел отношения. Но я уже год как председатель правления. Конечно, могли спросить хотя бы наших аудиторов, к ним не обращались, не спрашивали, когда изымали эти документы, есть или нет.

Так все-таки что ждет бизнес после этого наезда, как вы считаете?

Бизнес сейчас пострадал чисто имиджево, у нас наверняка сейчас будет некоторое снижение продаж, упали какие-то облигации по стоимости. Но к вечеру ситуация стабилизировалась, по крайней мере, люди не могут там долго сидеть, им надо обедать, им надо дальше искать, что они там нарыли, собраться завтра. Они будут решать, нет ли еще какой-нибудь более толковой статьи, за что зацепиться.

Так постепенно будут уничтожать всё, потому что люди просто заточены, созданы для уничтожения. Ничего другого полезного мы от них не ожидаем.

Как вы видите свои личные перспективы? Думаете ли вы возвращаться в Россию или пока повремените? Что может быть для вас поводом вернуться, скажем так?

Не задавайте нелепых вопросов, я на них просто время не хочу тратить. Зачем я поеду в Россию, где нет независимого суда, чтобы сейчас что, им объяснить вот так вот, когда мне ни разу не задали вопроса нормального и не хотят задавать? Рассказывают только о том, что не надо кошмарить бизнес. Каждый день мы слышим неадекватные вот эти действия, то одно, то другое, то третье, еще завтра…

Вопрос не кому, а вопрос когда надо ставить. Они постепенно, естественно, имея аппетиты, постоянно имея свободные руки, чем-то заняты. Это 37-й год, я напоминаю. Люди приходили, кого-то арестовывали. Им говорили: «Что же вы делаете?». «А вы что, не доверяете нашим органам?» ― говорили им так, знаете, с явным таким, что, мол, вы следующие будете. И сегодня никто не может и возражать особенно. Судов нет, парламента нет. Где та площадка, где им поставят вопрос?

Это хороший вопрос. Действительно, этой площадки не существует, кроме, возможно, «Прямой линии» с Путиным. Осталось понять, как туда обратиться.

Нет, там тоже мы просто демагогические ответы получаем уже двадцать лет или сколько. А ФСБ знает, что, вы не знаете, что он ответит?

Анна Монгайт