Вторая крупная авария «Суперджета» ставит под вопрос будущее хорошего лайнера

Утром 6 мая Следственный комитет назвал возможные причины катастрофы самолета «Сухой Суперджет-100» авиакомпании «Аэрофлот» в Шереметьево. Основных версий три: недостаточная квалификация экипажа и технического персонала аэропорта (в том числе, наземных служб), неисправности воздушного судна и неблагоприятные метеоусловия.

Пилот лайнера Денис Евдокимов ранее заявил, что вынужденная посадка была вызвана отказом электронных систем из-за удара молнии. По предварительным данным, после жесткого приземления (самолет начал «скакать», несколько раз ударившись о взлетно-посадочную полосу) стойка шасси повредила топливные банки и вызвала пожар в хвосте самолета. Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев подписал распоряжение о создании комиссии по расследованию причин и ликвидации последствий катастрофы.

Пилот в кабине «Суперджета». Самолет на выставке в Бахрейне. Фото: Сергей Савостьянов / ТАСС

Узкофюзеляжный ближнемагистральный пассажирский лайнер «Суперджет-100» — проект с тяжелой историей. Первый постсоветский региональный самолет разбился в Индонезии 9 мая 2012 года во время демонстрационного полета из-за ошибки пилотов. Погибли все 45 человек, находившиеся на борту. Авария 6 мая в Шереметьево стала первой катастрофой за время коммерческой эксплуатации «Суперджета».

Однако даже в отсутствии аварий с человеческими жертвами «Сухой» сталкивался со шквалом критики со стороны профессионального сообщества и пассажиров. Лайнер регулярно попадал в различные авиапроисшествия: например, 13 марта 2019 года SSJ 100, выполнявший рейс «Аэрофлота» из Москвы в Салоники, вернулся в Шереметьево из-за треснувшего лобового стекла.

Главный недостаток «Суперджета», почти наполовину состоящего из иностранных комплектующих, — неразвитая система послепродажного обслуживания,

которая проявляется в нехватке запчастей и в отсутствии квалифицированных специалистов. По этой причине SSJ100 значительно уступает по налету иностранным судам: в 2017 году лайнер находился в воздухе 3,6 часов в сутки против 8-10 часов у конкурентов. За исключением России отечественные лайнеры эксплуатируются только в Мексике, Казахстане и Таиланде, проигрывая конкуренцию Embraer и Bombardier.

«Новая газета» попросила авиаэкспертов прокомментировать основную версию катастрофы в «Шереметьево» и оценить потенциальные репутационные потери «Сухого».

«Суперджет» — политический проект» 

— Sukhoi Superjet 100 с точки зрения бортовых систем — самолет современный: практически вся электроника в нем имеет европейское и американское происхождение. Сравнивать лайнер надо с зарубежными аналогами. Например, мы знаем, что были две крупные катастрофы с самолетом Boeing 737 MAX, и там проблема состояла в технических недоработках самолета. При том, что Boeing на сегодняшний день считается лучшим производителем гражданской авиационной техники. Поэтому я бы не сказал, что «Сухой» как-то отстает в плане безопасности, скорее это некий «середнячок».

Мы не знаем, насколько правдоподобна версия с ударом молнии, но пока что она остается основной. Дело в том, что на современном уровне развития техники самолет очень сложно защитить от воздействия молний. Если на суше можно сделать громоотвод, который переведет статическое электричество на землю, то в самолете такой возможности нет. Другое важное обстоятельство состоит в том, что современные самолеты очень компьютеризированные, фактически это большие летающие компьютеры с огромным количеством радиоэлектронной аппаратуры. Грозовые разряды оказывают колоссальное воздействие не столько на саму конструкцию самолета, сколько на приборы, авионику, электрические системы, которые на воздушном судне установлены. Как-то защититься от этого очень сложно — разве что уменьшить долю компьютеров.

Некоторые специалисты говорят, что летчики должны были сбросить топливо (обычно перед аварийной посадкой пилоты стараются выработать топливо или слить его в воздухе, чтобы избежать возгорания. — Ред.). Но когда самолет находится в аварийном состоянии с пассажирами на борту, у вас не всегда есть время на сброс топлива. Возможно, управляемость нарушилась бы еще сильнее, и они вообще никого не смогли бы спасти.

Во-вторых, нужно понимать, что Шереметьево — очень загруженный аэропорт, у него есть две полосы, которые интенсивно используются и, по современным требованиям, расположены очень близко к друг другу. Летчик не может просто так выполнить посадку, он должен координировать свои действия с экипажами других самолетов. А если у вас нет устойчивой радиосвязи, вы не можете этого делать.

«Сухой» однозначно не был бы конкурентоспособным самолетом без поддержки государства, это политический проект. Эта машина создавалась в то время, когда была политическая установка на развитие связей между Россией и западным миром, в особенности с Европой. Сейчас мы рассуждаем немного с других позиций, потому что отношения между Россией и Западом серьезно ухудшились.

«Конечно, будет ущерб репутации»

— Решения о дальнейшей эксплуатации «Суперджетов» будут приниматься после того, как будут проанализированы данные расследования. Пока что министр транспорта Евгений Дитрих выразил позицию, что оснований для приостановки эксплуатации «Суперджетов» нет. Ряд российских коммерческих авиакомпаний и представители МЧС тоже заявили, что продолжат эксплуатацию самолета (при этом авиакомпания «Ямал», второй после «Аэрофлота» эксплуатант «Суперджетов», отказалась покупать еще 10 лайнеров из-за сложностей в поддержании «летной годности». — Ред.).

Конечно, эта катастрофа нанесет ущерб рептуации «Сухого», хотя каких-то общепринятых критериев для оценки ущерба не существует. В случае с Boeing все проще, потому что это публичная компания, акции которой торгуются на рынке. По изменению курсовой стоимости ценных бумаг можно хотя бы количественно оценивать потери. Кроме того, оценки можно делать исходя из изменений в условиях поставки комплектующих на эти самолеты. Если производитель покупает запчасти на меньшее количество самолетов, чем было согласовано ранее, то стоимость каждой детали увеличивается. Вот такие прямые материальные потери — это то, о чем мы можем говорить в случае с американским производителем. В отношении «Сухого» оценки подобного рода пока не сделаны.

На международном рынке «Суперджеты» сейчас не особо востребованы. На этапе становления  проекта он имел мощную поддержку со стороны правительств европейских стран, но потом с появлением внешнеполитических разногласий различные государственные институты стали отказывать в поддержке, что повысило стоимость заемных средств. Кроме того, есть прецедент c латвийским Сеймом, который запретил приобретать самолеты российского производства.

Ключевая проблема «Суперджета» состоит не в том, сколько происходит различного рода поломок. По этому параметру он не особо отличается от самолетов аналогичной размерности иностранного производства. Вопрос в том, сколько времени уходит на восстановление его пригодности: на ремонт и диагностику, на доставку необходимых комплектующих для ремонта и так далее. Именно на этом этапе теряется много времени, что приводит к снижению интенсивности полетов.

Петр Саруханов / «Новая газета»

В современном авиастроении проект магистрального самолета без поддержки государства не может быть конкурентоспособен ни в одной стране мира. С этой точки зрения «Суперджет» не исключение. Проблема в масштабах поддержки.

Если посмотреть, сколько средств вложил Китай в создание своего самолета ARJ21, который, кстати, имеет значительно меньший рыночный успех, чем «Суперджет», то становится понятно, что отечественная программа столкнулась с тривиальным недофинансированием.

Кроме того, если мы посмотрим на компанию Boeing, то у нее на счетах и в ценных бумагах аккумулировано порядка семи миллиардов долларов свободных средств. Понятно, что, имея столько кэша, крупные западные авиапроизводители гораздо менее чувствительны к господдержке, чем российские.

«Суперджет» спроектирован в России, собирают его в Комсомольске-на-Амуре, он имеет сертификат, выданный российской компанией. Если говорить о силовой установке, о двигателе, то тут было создано совместное предприятие с французским производителем Snecma, доли в котором распределены примерно пополам. То есть российская и европейская стороны внесли одинаковый вклад в создание его двигателя.

Арнольд Хачатуров, Дарья Козлова

Оригинал материала: "Новая газета"