Свидетели поделились в суде над Мамаевым и Кокориным интимными признаниями

После первого зажигательного заседания по уголовному делу футболистов Павла Мамаева и Александра Кокорина зрителей в зале Пресненского суда поубавилось. Но все главные действующие лица были на месте. Речь не об обвиняемых (у них-то и выбора не было), а об их женах. Более чем пикантные подробности роковой вечеринки, прозвучавшие из уст спутницы Кокорина Екатерины Бобковой, вроде бы их не сильно расстроили. Дарья и Алана сменили черные одеяния на светлый и ярко-синий наряды. Они явно были готовы к новым откровениям свидетелей, которые не заставили себя долго ждать.

Александр Кокорин, отвечая на вопрос о реакции жены на вчерашние признания свидетельницы, резко ответил:

— Это вы узнали обо всем спустя полгода. А она давно все знала.

Вообще, на этом процессе внутренний мир семей футболистов раскрывается перед публикой как на ладони. Так, родители Кокориных принципиально не общаются с невесткой. Связующее звено — адвокат Татьяна Стукалова. Зато в семье Мамаевых по-прежнему полная идиллия. Когда начался процесс, Павел попытался передать жене записку, благо она села в первый ряд. Но интимную переписку прервал судебный пристав. Зато переглядываться супругам никто не мешал — взгляд Мамаева излучал любовь и ласку.

Алексей Меринов

Первым вызвали друга детства Кокориных Геннадия Куропаткина. Парень явился на заседание в тренировочных штанах. Первая часть рассказа мало отличалась от показаний свидетеля, выступавшего накануне. Описывая драку с водителем Соловчуком, Куропаткин сказал:

— Водитель стал агрессивно говорить. Паша (Мамаев. — Авт.) взял его за куртку. А Соловчук ударил Пашу кулаком в область подбородка.

— Именно кулаком? — уточнила прокурор.

— Ну не ладошкой же… А Александр (Протасовицкий. — Авт.) ударил его рукой в область головы.

— Один раз?

— Два раза.

— За что ударил?

— Не знаю. Но Саня парень добрый, он бы просто так ничего не сделал.

— Ногами били?

— Представляете, если футболист ударит с ноги в голову, что будет?

— Я представляю, — удрученно заметила прокурор.

Алана Мамаева и Дарья Валитова (в центре) не пропускают заседания, стоически выслушивая подробности секс-похождений подсудимых. Фото: Дарья Федотова

Мамаев во время допроса старательно жевал зубочистку.

Эпизод в «Кофемании» вновь затронул самые интимные моменты того раннего утра.

— Девушка присаживалась на Александра Кокорина?

— Да, одна присаживалась.

— Как?

— Вам показать? Сверху села на колени и встала.

— А вы сами присаживались на Александра Кокорина?

— Да.

— Почему?

— Потому что он мне друг. Присел и встал.

— Вы считаете это нормальным поведением?

— А что нам, сидеть с книжками? Ну сидели, смеялись. Да, считаю, нормальное поведение.

— С Мамаевым девушка была? Лежала на Мамаеве?

— Не помню, — признался друг футболиста.

Зато Куропаткин в ярких красках рассказывал, как с ним обращались полицейские.

— Нам в три ночи позвонили и сказали, чтобы с Кареном (Григорян, еще один участник инцидента, давал показания накануне. — Авт.) приехали… Меня повели в комнату. С матом сказали, что мы все присядем. Я спросил: «За что?» — мне ответили: «Найдем, за что».

— Вы дали показания, которые просил следователь?

— Да.

— То есть сознательно, под воздействием угрозы дали показания, не соответствующие действительности?

— Нет, но говорил, что его устраивало.

Общими усилиями судья и свидетель пришли к мнению, что «угрозы следователя не возымели должного действия».

Заметим, что уже третий свидетель заявил: следователи ругались матом, а сегодня все события вспоминаются лучше, чем в октябре 2018 года. Это стало особенно очевидно, когда прокурор огласила показания Куропаткина, данные в ходе следствия.

Фото: Дарья Федотова

— Вы сегодня рассказали, что Кокорин-старший взял стул и хотел присесть, а потом ударил Пака. А в показаниях говорили, что Кокорин сразу ударил Пака… Как это понимать?

— Я что помню, то и говорю. Он не собирался бить Пака. Я знаю Сашу. Может, написали не так… Сейчас спокойно рассказываю, как было.

— Вы так торопитесь отвечать, как будто знаете заранее вопрос, — не удержалась от реплики судья.

Свидетель Андрей Андрацкий, бариста «Кофемании», дал подробный отчет «со стороны» о событиях в кафе. Итак, компания пила виски «Маккалан» 12-летней выдержки и вела себя из рук вон плохо. Впрочем, цитаты из его речи говорят сами за себя.

— Либо они по жизни неадекватные, либо они просто пьяные были.

— Самый агрессивный был тот, который в клетке справа впереди (указал на Кокорина-младшего).

— Стулья не особо тяжелые, ребенок поднять может. Ну, если с размахом, там центробежная сила, то, думаю, сильно можно…

— Девушка перелезла через лавочку и облила мужчину соком. Она супернеадекватная была, если честно. Взяла тарелку и кинула на пол: я, мол, тут императрица.

Также бариста вспомнил, что Денис Пак был постоянным посетителем «Кофемании». А когда адвокат Кокорина-старшего попытался вытянуть у Андрацкого спасительное признание — мол, не все, кто обступил Пака, участвовали в конфликте, тот попросту отшил его:

— Пришла компания. Один ругается с Паком, другие сидят и кушают? Слушайте, ну это как-то бредово.

Попытка адвоката с точностью до миллиметра вычислить траекторию полета стула тоже провалилась.

— Может, я нарисую? — не выдержал Андрацкий, когда защитник предположил, что свидетель придумывает. А после агрессивного допроса адвокатов и вовсе заявил: «Я чувствую себя идиотом».

Защитники предприняли новую попытку атаки. Им показалось, что свидетель рассказал больше, чем видел, поэтому они настояли на оглашении показаний, данных на предварительном следствии. Адвокат Стукалова начала читать протокол допроса. Но, честно говоря, особой разницы никто не заметил.

Дарья Федотова

Оригинал материала: «Московский комсомолец»

«КоммерсантЪ», 09.04.19, «Прокурор огласила обвинительное заключение»

Как проходило судебное заседание по делу Павла Мамаева и Александра Кокорина

Пресненский суд начал по существу слушать дело форварда «Зенита» и полузащитника «Краснодара». Прокурор на заседании огласила обвинительное заключение, с некоторыми пунктами спортсмены согласились. В начале октября Мамаев, Кокорин и их друзья участвовали в двух драках в Москве. В результате пострадали чиновник Минпромторга Денис Пак, генеральный директор «НАМИ» Сергей Гайсин, а также водитель ведущей Первого канала Ольги Ушаковой Виталий Соловчук. Подробности — у корреспондента “Ъ FM” Владимира Расулова.

Фото: Кристина Кормилицына / Коммерсантъ

 

      00058923

Прокурор Светлана Тарасова на заседании, по сути, обобщила, за что именно судят Павла Мамаева и Александра Кокорина. По ее словам, все началось рано утром 8 октября. Футболисты, а также брат Кокорина Кирилл, их товарищ Александр Протасовицкий возле стриптиз-клуба «Эгоист» в центре Москвы повздорили с Виталием Соловчуком, машина которого стояла рядом. Словесная перепалка быстро переросла в драку, где каждый из молодых людей минимум дважды ударил водителя. Это прокурор посчитала «умышленным причинением легкого вреда здоровью из хулиганских побуждений». Но на этом компания не остановилась.

Мамаев и Кокорин с друзьями отправились в одну из столичных «Кофеманий», где стали нецензурно выражаться, класть ноги на стол и вообще непристойно себя вести. Рядом с ними оказался чиновник из Минпромторга Денис Пак. Он попросил молодежь успокоиться, за что тоже в итоге пострадал, сообщила прокурор: «Кокорин Александр Александрович нанес Паку Денису Климентьевичу удар деревянным стулом в область головы и левой руки, которую успел подставить для снижения силы удара. В свою очередь, Кокорин Кирилл Кириллович нанес Паку один удар в область головы, а Кокорин Александр Александрович один удар рукой тоже в область головы. В результате чего своими преступными действиями молодые люди, согласно заключению эксперта, нанесли Паку Денису Климентьевичу телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы и сотрясения головного мозга».

Разнять дерущихся, по словам прокурора, попытался гендиректор «НАМИ» Сергей Гайсин. Но его стали бить Павел Мамаев и Кирилл Кокорин, а Александр Протасовицкий схватил за шею. Все они в суде отказались считать свои действия хулиганством. Хотя сами драки отрицать не стали. Все, кроме Павла Мамаева, ответили коротко. А полузащитник «Краснодара» заявил, что все это было не по предварительному сговору, как посчитала прокурор: «Из 61 свидетеля ни один не предоставил доказательства предварительного сговора.

Следствие надуманно говорит о том, что инцидент произошел в неустановленное время в неустановленном месте, не предоставляя при этом ни одного доказательства.

Что касается Гайсина, побои я не признаю, потому что с учетом очных ставок повреждения, которые продемонстрировала судмедэкспертиза, указаны совершено в другом месте».

Некоторые подробности драк с участием футболистов в суде раскрыл и первый допрошенный свидетель, друг Мамаева и Кокорина Карен Григорян рассказал, из-за чего началась потасовка с Виталием Соловчуком. По словам свидетеля, их компания после стрип-клуба подумала, что Соловчук в ответ заявил: «Я таких петухов не вожу», и этого водителю не простили. А Дениса Пака в «Кофемании» молодые люди сравнили с южнокорейским исполнителем песни Gangnam Style. Пак на это, якобы ответил оскорблениями, и друзья снова не сдержались. Как все было по версии самих Мамаева и Кокорина, суд узнает не скоро. В деле 25 томов, а допросят спортсменов только после потерпевших и почти 60 свидетелей.

Тем временем из следственного изолятора Александр Кокорин и Павел Мамаев выйдут не скоро. Неделю назад Пресненский суд продлил им арест до 25 сентября.