Появились новые воспоминания о Владимире Высоцком, написанные его подругой и однокурсницей актрисой Еленой Ситко

«На прощании Люся Абрамова, вторая Володина жена, протянула к нему руку и тут же ее отдернула. Словно испугалась: а можно ли ей в последний раз к нему прикоснуться? И вдруг на ее ладонь легла рука с бриллиантом на пальце — в моей памяти отпечаталось, как переливался и играл камень. Это подошла Марина Влади», — рассказывает подруга Высоцкого актриса Елена Ситко.

Второго июля 1956 года мы с Володей узнали, что вошли в число немногих счастливчиков, кому из огромной толпы абитуриентов повезло пройти творческий конкурс в Школу-студию МХАТ, — рассказывает актриса Елена Ситко. — А на следующий день мы все встретились и отправились гулять по Москве: в зоопарк, на Кузнецкий Мост, на Красную площадь… Так началась наша дружба.

Высоцкий — студент второго курса Школы?студии МХАТ. 1957 г. Фото: из личного архива Изы Высоцкой

Мы хохотали, острили, ели мороженое. Даже помню, кто во что был одет. На Высоцком была рубашка цвета хаки с погончиками, которая ему очень шла. Кстати, все годы учебы Вовка ходил только в таких рубашках. А сверху надевал свой знаменитый пиджак букле, который теперь висит в музее. Это была его униформа.

«Мы с Володей и моим бывшим супругом Валентином Буровым после сбора труппы» Театр имени Пушкина. 1962 г. Фото: из личного архива Елены Ситко

Руководитель курса Павел Владимирович Массальский, тогда один из ведущих артистов МХАТа, во время нашего поступления был на гастролях в Англии, так что нас прослушивали другие преподаватели. И вот Массальский вернулся, посмотрел, кого ему набрали, и… почти всех из нашей компании забраковал. Высоцкого, едва начавшего читать «Хорошее отношение к лошадям», Массальский сразу остановил: «Что у вас с голосом?» Вовка с перепугу соврал: «Недавно ангиной переболел». Массальский поморщился: «Ну подлечитесь, а потом я вас послушаю». В итоге нас перевели в группу Бориса Ильича Вершилова, оказавшегося потрясающим педагогом, мы его просто обожали. Вот перед ним Володьке не пришлось оправдываться. Ну хрипит студент Высоцкий, и что? Дикция-то у него прекрасная. А наша преподавательница по технике речи Елизавета Федоровна Сарычева вообще говорила ему: «Володя, не меняйте свой голос, это ваша индивидуальность». При этом Массальский время от времени приходил на нас посмотреть и всякий раз раздражался: «Высоцкий, да что у вас ангина никак не пройдет?» Вовка покорно соглашался: «Что-то никак». И так все четыре года «ангина» у него не проходила. А теперь голос Высоцкого — наше национальное достояние, и сколько ни пытаются ему подражать, воспроизвести эту Володькину хрипотцу еще никому не удалось.

В фильме «Увольнение на берег» Высоцкий сыграл матроса. 1962 г.

Гитару в те времена Вова еще даже в руках держать не умел. И завидовал Жене Урбанскому, который учился на три курса старше и в компании всегда появлялся с гитарой. Еще наш однокурсник Рома Вильдан играл и на скрипке, и на гитаре — он-то и показал Володе, как нужно подбирать аккорды. Многие в своих мемуарах пишут: мол, это я научил Высоцкого играть. Но я-то точно знаю, что это Ромка его научил, и, кстати, меня тоже — немножко. Володя все схватывал на лету. Любая учеба давалась ему легко! «Спорим, — говорил, — у меня в этом семестре будет повышенная стипендия?» И получал повышенную стипендию. Был невероятно эрудирован, с преподавателями мог беседовать на любые интересующие их темы. Тогда обязательным предметом был марксизм-ленинизм, а это же просто катастрофа, мы на занятиях умирали со скуки. И Вова нас часто выручал. Садился за первую парту и с умным видом задавал преподавателю вопросы, тот с упоением рассказывал про марксизм с ленинизмом, а мы в это время по очереди тихо выплывали из аудитории по своим делам, потом возвращались. У Володи было много талантов. Помню, на первом курсе нам сказали, что мы должны заявить о себе капустником, и сразу станет понятно, кто на что способен. Володя со своим близким другом Жорой Епифанцевым и другими нашими ребятами написали потрясающие тексты и песни. Аза Лихитченко была цыганкой, Епифанцев изображал Отелло, а Высоцкий с ребятами Жоре говорили: «Дездемона блондинка, а ты цыганку душишь, вон в зале сколько блондинок сидит, бери любую и души!» Это было очень смешно. И нас всюду приглашали с этим капустником — и в МГУ, и в МГИМО, и еще куда-то, мы долго с ним выступали.

С Михаилом Пуговкиным в комедии «Штрафной удар». 1963 г.

Однокурсники часто собирались у меня дома, ведь мои родители тоже были актерами, работали в Театре Советской армии и всегда хорошо нас принимали. Особенно Володя подружился с моей мамой. Кричал с порога: «Татьяна Федоровна, хочу вот такую яичницу!» И делал руки полукругом, как будто обхватывал огромное дерево. У мамы была сковородка еще с военных времен, которая занимала полстола, и на ней она всегда нам что-то жарила. Вовка даже свои дни рождения несколько раз отмечал у нас дома. Получался двойной праздник, потому что он родился 25 января, в Татьянин день — а это именины моей мамы. И гостей всегда было столько, что за столом мы не умещались, стелили в гостиной скатерть на полу и рассаживались вокруг. Как-то у нас в гостях Володя пел под гитару, при этом курил и, видимо, так увлекся, что погасил сигарету о паркет. «Вовка, — говорю, — ты что, обалдел? На тебе пепельницу!» А черный след от его сигареты остался до сих пор. Паркет мы не меняли, просто на пол палас положили. Теперь в этой квартире на Кастанаевской улице живет моя дочь Маша со своей семьей. Я шучу: «Можете сделать дырочку в ковре и водить экскурсии: «А вот тут у нас паркетик прожег Владимир Семенович Высоцкий!»

«Вовка был очень смешной — голова немного великовата, широкие плечи, сильные руки, а дальше маленький торсик и худощавые ноги. Я постоянно подшучивала: «Как ты женщин собираешься покорять? Где твоя мужская стать?» Со Светланой Светличной в картине «Стряпуха». 1965 г.

На занятиях по танцам я была постоянной партнершей Володи, потому что подходила ему по росту. У девочек форма — черные маечки и юбочки, а у мальчиков — белые маечки и черные трусики. Вовка был очень смешной — голова немного великовата, широкие плечи, сильные руки, а дальше маленький торс и худощавые ноги. Он еще все время подражал походке Чарли Чаплина, даже играл его в каком-то отрывке. И вот на танцах я постоянно подшучивала: «Вовка, где твоя мужская стать? Как ты женщин собираешься покорять?» А он смеялся в ответ: «Ленуська, а хочешь, попробуем?» — «Вовка, у нас с тобой вся жизнь впереди, еще попробуем!» Я не замечала, чтобы Вова пользовался успехом у наших девчонок или сам за кем-нибудь приударял. И даже удивилась, когда узнала, что у него роман с Изой Мешковой. Мы тогда учились на втором курсе, а она на четвертом. Иза была занята в дипломном спектакле «Астория», в который ввели и Володю, вот тогда у них все и началось, потом они быстро поженились. Я с Изой не была знакома, мы просто здоровались, когда встречались в коридоре. Она была рыженькая, очень статная, похожая на лань, вся в порыве и ходила быстро-быстро. Изу после диплома пригласили в киевский Театр Леси Украинки, причем взяли сразу на главные роли. А Володя остался в Москве, до нашего выпуска было еще два года.

Кадр из фильма «Карьера Димы Горина». 1961 г.

Ректор Школы-студии МХАТ Вениамин Захарович Радомысленский всегда старался на наши учебные постановки приглашать театральных режиссеров, чтобы те могли кого-то себе заранее приглядеть. И вот худрук Театра имени Пушкина Иосиф Михайлович Туманов, посмотрев наши спектакли, пригласил нас с Володей, а еще Гену Портера и моего первого мужа Валентина Бурова в свою труппу, когда окончим Школу-студию. Но к тому времени, когда мы получили дипломы, Туманова в Театре Пушкина уже не было — его назначили главным режиссером Кремлевского дворца съездов, а Театр Пушкина возглавил Борис Иванович Равенских. «Всех беру!» — сказал Равенских, наобещал нам золотые горы, а в итоге обманул. Вовка, как чувствовал, собирался куда-то еще пристроиться, предложения-то у него были. Но Равенских настаивал: «Работать без тебя не смогу, ты должен играть только у меня! И жену твою к себе возьму». Знал ведь, чем зацепить! Вовка удивился: «Изу? Она в своем театре на первых ролях, на ней весь репертуар держится!» — «А теперь она у меня будет на первых ролях. Все, вызывай ее в Москву!»

В кино Высоцкий дебютировал в роли студента театрального училища Пети в фильме «Сверстницы», но в титрах его не указали. 1959 г.

Володя поверил, сорвал из Киева Изу, конечно, она приехала, чтобы быть рядом с мужем. Знаю, что там ее не хотели отпускать из театра, а когда худрук понял, что Изу не удержать, сказал, что в любое время ждет ее обратно. Ведь мало ли, как все сложится в Москве. А в Москве у Изы никак не сложилось — Равенских в Театр Пушкина ее просто не взял. У него, человека, безусловно, талантливого, но жестокого, была такая особенность — он с первого взгляда влюблялся в артистов, а потом так же мгновенно в них разочаровывался и с тех пор относился к ним как к пустому месту. Вот так же быстро он остыл и к Высоцкому, да и ко всем нам, и было ощущение, что нас просто по стене размазали. До сих пор у меня перед глазами картинка: во дворе театра стоит растерянный Володя, рядом с ним Иза белого цвета, и тут же на лавочке сидит Равенских — мол, ну обещал и передумал, так бывает. Конечно, из-за всей этой истории отношения Володи с Изой разладились. Ей в Москве так никуда и не удалось устроиться, но и в свой бывший театр в Киев она почему-то не вернулась, уехала работать на периферию. Спустя годы, когда Высоцкого уже не было в живых, где-то на гастролях, кажется в Перми (я ездила с Театром Пушкина, где в итоге проработала всю жизнь), мне в гостинице передали записку от Изы: «Приходила к тебе, хотела пообщаться, жалко, что не застала». Мне тоже жалко, что мы с ней не увиделись.

«Я не замечала, чтобы Вова пользовался успехом у наших девчонок. И удивилась, когда узнала, что у него роман с четверокурсницей Изой Мешковой» Высоцкий с будущей первой женой Изой на выставке в Сокольниках. 1957 г. Фото: Фото из личного архива Изы Высоцкой

За все время работы в Театре Пушкина у Володи была только одна большая роль — Леший в детском спектакле «Аленький цветочек», а все остальное — эпизоды. Я тоже играла в том спектакле и, кстати, играю до сих пор, только уже не сестру главной героини, как в молодости, а нянюшку. «Аленький цветочек» режиссер Василий Ванин поставил еще в 1949 году, когда на послевоенных улицах было много калек и дети от них шарахались. А Ванин хотел, чтобы ребятишки понимали: не нужно бояться этих людей, получивших увечья. Поэтому в «Аленьком цветочке» и Леший, и Кикимора, и Баба-яга — добрые. Помню, как Вовка вылетал на сцену в лаптях и парике — в центре лысина-полянка, на которой растут грибочки, а по бокам свисают кудельки, — и весь зал заливался хохотом.

«Сейчас многие в своих мемуарах пишут: мол, это я научил Высоцкого играть на гитаре. Но я-то точно знаю, что это наш однокурсник Ромка Вильдан его научил» С Валерием Золотухиным в фильме «Хозяин тайги». 1968 г. Фото: МОСФИЛЬМ-ИНФО

Кстати, в паричке Высоцкого до сих пор другие артисты играют Лешего, наши гримеры этот его паричок содержат в идеальном состоянии. Вова, конечно, своего Лешего любил, но все же не о таких ролях он мечтал, а других Равенских ему не давал. Все разом на него навалилось — невостребованность в театре, обида за Изу, с которой так жестоко обошлись, их семейная драма, и Володя за все время нашего с ним знакомства первый раз сорвался. Это случилось на гастролях в Риге, на которые со мной поехала моя мама — поддержать, помочь, накормить ужином после спектакля. А тут Володя устроил скандал в гостинице — выбросил в окно графин, крушил мебель… На следующий день мы с мамой поехали на Рижское взморье. Я пошла плавать. А когда вышла из воды, смотрю, перед моей мамой на коленях стоит Володя: «Татьяна Федоровна, это было первый и последний раз. Обещаю!» — «Я потрясена, Вовочка, просто потрясена твоим поведением», — выговаривала ему мама. И все же она ему поверила, что такое больше не повторится: «Он дал мне слово!» К сожалению, повторилось, и, как все знают, не раз.

С волчьим билетом не брали на «Таганку»

Сейчас говорят, что на «Таганку» к Любимову Володю привела наша однокурсница Тая Додина, которая к тому времени уже работала у Юрия Петровича. Но события разворачивались на моих глазах, и я-то знаю, что все не так просто. На гастролях, кажется в Свердловске, у Володи случился очередной срыв. И вот с другим нашим артистом Стрельниковым они купили в аптеке прозрачные пластмассовые утки для лежачих больных и для смеха залили в них пиво, а к стенам в номере канцелярскими кнопками прикрепили кильки — ими же и закусывали. Приходит зам­директора и говорит Высоцкому: «Мальчик мой, ну сколько можно? Мы тебя бережем, ты нам нужен, ты перспективный!»

Когда артисту ничего играть не дают — его вот так всегда и удерживают, какими-то такими словами… Володя послушно кивал, а потом достал утку и отхлебнул из нее. Замдиректора затошнило, он выскочил из номера. А на следующий день появился приказ об увольнении Высоцкого из Театра Пушкина, причем с такой формулировкой, с которой ни один театр не имел права взять его в свою труппу. Это был очень тяжелый для Вовы период — он остался не у дел, без денег и перспектив.

Но он по-прежнему часто бывал у нас дома, и мы до пяти утра слушали его песни. Володя пел у всех своих друзей и знакомых, и вот где-то его услышал большой поклонник бардов Александр Алабян, сын Людмилы Целиковской, которая тогда была женой Любимова. И, потрясенный исполнением Высоцкого, Алабян рассказал про него Юрию Петровичу, который как раз искал поющих артистов в спектакль «Добрый человек из Сезуана». Любимов обрадовался: «Приведи-ка его».

И все бы хорошо, Юрия Петровича Вова тоже очаровал, но как его взять в театр с испорченной трудовой книжкой? Пришлось Высоцкому идти на поклон к Равенских, просить прощения, умолять взять его обратно в Театр Пушкина. И наш главреж, поупивавшись своей властью, все-таки распорядился оформить Высоцкого в штат. Правда, теперь Вова только числился в труппе, его больше не занимали даже в эпизодах. Но главное — ужасная запись в трудовой книжке была «закрыта». А через год он ушел на «Таганку». Не знаю, в какой момент ко всей этой истории подключилась Тая Додина, но, думаю, она тоже хлопотала за Вову перед Любимовым, мы все тогда за него переживали.

В загсе со второй женой Людмилой Абрамовой.25 июня 1965 г. Фото: Фото из личного архива Людмилы Абрамовой

После окончательного ухода Высоцкого из нашего театра мы с ним не виделись много лет. Так получилось… Недавно читала мемуары нашего однокурсника Гены Яловича, он тоже пишет, что в какой-то период их пути с Володей разошлись и они друг от друга отдалились. Как-то пересеклись, обнялись: «Я по тебе скучаю!» — «И я по тебе скучаю! Надо бы встретиться!» Но так и не встретились, потому что у Вовы концерты, гастроли, Марина Влади… И дело даже не в том, что Высоцкий взлетел на недосягаемую высоту, просто сама жизнь разводит людей. А порой чудесным образом сводит вновь.

С Мариной Влади. Москва, 1968 г. Фото: ТАСС

Летом 1979 года моя дочь Маня поступила в Школу-студию МХАТ (сейчас она работает в «Современнике»), и я решила ее наградить поездкой на курорт. Мы отправились в Сочи, в санаторий «Актер». И вот в одно прекрасное утро выходим из столовой, спускаемся в толпе по узенькой лестнице. И вдруг на площадке между этажами сталкиваемся с Володей, меня толпа выносит прямо на него. Мы обнялись, расцеловались: «Вова, Вовочка!» — «Лена, Леночка, Ленуся!» Движение на лестнице прекратилось, все замерли: «Смотрите, здесь Высоцкий!» Володя в Сочи отдыхал вместе с другими артистами «Таганки», мы вместе ходили на пляж не только днем, но и ночью. Купались все, кроме Володи. Он ведь однажды чуть не утонул в Грузии, в Тбилиси: они с Жоркой Епифанцевым выпили, и Высоцкий сорвался с высокого берега в Куру, а там течение сильное, его понесло… Хорошо, Жора не растерялся, он ведь вырос в Керчи, плавал прекрасно, прыгнул в воду и спас друга. Может быть, с тех пор Вова стал бояться воды? Во всяком случае, тогда в Сочи все время сидел на песке, а когда мы выходили из моря, вытирал нам спинки, а если купались ночью, то наливал по рюмочке коньячку, чтобы мы скорей согрелись, — сам при этом ни разу даже не пригубил.

«Говорят, незадолго до ухода Володя подписал 50 уникальных фотографий и попросил раздать их тем людям, которые первыми придут с ним попрощаться. Меня до сих пор мучает вопрос: где же этот неизвестный архив Высоцкого?» Кадр из фильма «Служили два товарища». 1968 г. Фото: RUSSIAN LOOK

Как-то мы большой компанией сидели на балконе в моем номере, был такой чудесный вечер, мы веселились, радовались жизни. А в это время к Володе в комнату влезли воры и украли его пиджак. У него еще была какая-то уникальная бритва, но ее не взяли — ничего не взяли, кроме пиджака. Володя радовался, что на этот раз не оставил в кармане паспорт. И то только потому, что он собирался во Францию к Марине и отдал паспорт приятелю, который покупал билеты. «Слава богу, — радовался Володя, — что только пиджак пропал». Я спросила: «А что в карманах было?» Он махнул рукой: «Да только ключи от машины и квартиры». Я перепугалась: «А что же ты тут сидишь? Наверное, в Москве уже «чистят» твою квартиру». Воры же знали, к кому в номер лезли! А уж адрес Высоцкого в Москве любой мог подсказать… «Господи, — расстроился Володя, — я об этом как-то не подумал!» И сорвался в Москву. Потом уже кто-то из артистов «Таганки» мне сказал, что все обошлось, Вова успел поменять замки.

Так получилось, что тогда в Сочи мы с Володей виделись последний раз, а на следующий год его не стало. Я ушам своим не поверила, когда мне позвонила Аза Лихитченко и сказала: «Ты можешь у кого-то с «Таганки» спросить — правда это или очередная утка?» Я позвонила в театр, и там страшную новость подтвердили. Мы созвонились с другими однокурсниками и помчались в театр, где уже была уйма народу. Помню, как Люся Абрамова — вторая Володина жена (мы с ней были немного знакомы — когда Люся родила старшего сына Аркашу, я приходила к ним праздновать это событие) — подошла к Володе попрощаться, протянула к нему руку и тут же ее отдернула. Словно испугалась: а можно ли ей в последний раз к нему прикоснуться? И вдруг на ее ладонь легла рука с бриллиантом на пальце — в моей памяти отпечаталось, как переливался и играл камень. Это была Марина Влади. Она обняла Люсю и посадила рядом с собой.

Тем временем Жорка Епифанцев пошел за кулисы — он знал многих артистов «Таганки». А вернувшись, рассказал: «Вот загадочная история. Ребята говорят, что Володя незадолго до ухода подписал 50 своих уникальных фотографий и попросил раздать их тем людям, которые первыми придут с ним попрощаться». Мы с Геной Яловичем и Валей Никулиным удивились: «Как интересно! И где же эти люди, первые 50 человек, которым выдали фотографии?» Больше эта история никогда не всплывала. Столько лет прошло, а меня до сих пор мучает вопрос: где же этот неизвестный архив Высоцкого с его автографами? Между прочим, настоящий клад! А у меня осталась всего одна совместная фотография с Володей, правда, там с нами еще мой первый муж Буров. На снимке мы втроем выходим из Театра имени Пушкина, молодые и счастливые. И у нас еще вся жизнь впереди…

Оригинал материала: "Семь Дней"