Сегодня в Приморье происходят события, которые, на наш взгляд, должны стать объектом пристального внимания не только общественности, но и компетентных органов. Несмотря на то, что в октябре прошлого года «Российская газета» уже писала о странном правовом климате в этом регионе, ситуация в Приморском крае нисколько не изменилась. Скорее, положение даже ухудшилось, но -под бодрые заявления руководства краевых правоохранительных органов о снижении уровня преступности.

Впрочем, это немудрено и понятно – бодрые заявления. Особенно когда краевое Управление внутренних дел два года подряд получает твердые «двойки» за свою работу от собственного начальства. Особенно тогда, когда в криминальных сводках с завидной регулярностью фигурируют сотрудники МВД и прокуратуры разных уровней. Иногда их судят и сажают. А у населения, раз за разом «вдохновляемого» многочисленными фактами нарушения закона его служителями, пропадает всякое уважение к власти, как таковой. Вместо обещанной властью «диктатуры закона», мы все чаще сталкиваемся с «диктатурой беззакония».

Очередным знаковым примером «диктатуры беззакония», безусловно, является нашумевшее «дело Кривулина», которое в ближайшее время в кассационном порядке будет рассматривать Приморский краевой суд. Напомним, что началось оно с элементарного наведения порядка в одном из муниципальных образований Приморья. Когда возглавивший Хасанский район Виктор Кривулин узнал много интересного о местных нравах и обычаях. Например, что милиционеры, вместо борьбы с браконьерами, сами незаконно добывают и продают трепанг и другие морепродукты, причем делают это с полного ведома и благословения своего районного милицейского начальства. А у милицейского начальства – роскошная турбаза на заповедном побережье. Что таможенные переходы на государственной границе практически перешли в частные руки одного нахрапистого чеченского бизнесмена, и скудный бюджет Хасанского района лишился существенной части доходов. Что в течение десятка лет, на аферах с топливом для отопления районных поселков, из бюджета разворовывались миллионы рублей — и это в то время, когда люди замерзали зимой, в благоустроенных квартирах спасаясь буржуйками! Что прокурору района наплевать на творящиеся беззакония — его интересует лишь собственная выгода, да как угодить своему начальнику – прокурору края Валерию Василенко. Что главврач районной больницы устроил у себя на службе бордель и финансовую кормушку для избранных, а от всех попыток привлечь его к ответственности цинично прикрывается мандатом депутата района. Что треть скудных денег, отпускаемых районным бюджетом на школьные завтраки детям, оказывается в кармане главной районной чиновницы от образования, потому что школы вынуждены втридорога закупать продукты у ее сына… Что в районной системе ЖКХ на 1 450 работников есть 120 миллионов рублей долгов и нет ни одного(!)… слесаря… И еще много интересного узнал Виктор Кривулин, возглавив Хасанский район.

Со свойственной ему прямотой, энергией и напористостью он стал исправлять ситуацию: увольнять некомпетентных и нечистых на руку чиновников, возвращать под контроль района утерянные было источники бюджетных доходов, наводить порядок с хозяйственной деятельностью, создавать условия для развития предпринимательства. С приходом в район молодого, энергичного, и жесткого руководителя, хасанские «хозяева жизни» в одночасье потеряли многие из своих позиций. О масштабах их потерь можно судить хотя бы по одной цифре: за год руководства Виктора Кривулина районный бюджет почти утроился – с 70 млн. до 200 млн. рублей. На эти деньги восстанавливается азрушенная «коммуналка», асфальтируются дороги, ремонтируются и строятся котельные, обновляется медицинское оборудование, закупаются для школ учебники и парты… Согласитесь, «потери» ощутимы. Попытки установить нормальные отношения с неуступчивым главой района по принятым в кругу «хозяев жизни» правилам – через взятки или угрозы – ни к чему не привели. Так что Виктор Кривулин и некоторые представители местной «элиты», поддерживаемые высокопоставленными покровителями из краевой прокуратуры, быстро стали, что называется «заклятыми друзьями».

Логическим продолжением такой «дружбы» стали попытки любыми способами избавиться от неудобного главы района. Против главы Хасанского района Виктора Кривулина и его администрации начали проводиться многочисленные проверки. Однако практически все они ничего не дали. Тем не менее, обвинители нашли за что ухватиться. Это якобы незаконное увольнение главврача районной больницы Г. Рогачева и якобы нецелевое использование 51 тысячи рублей бюджетных денег для организации охраны муниципального имущества вневедомственной охраной. Также Виктора Кривулина и его сотрудников обвинили в том, что они грубо изгнали работников Дальневосточного морского заповедника с лесного кордона, который готовили к приему Президента России Владимира Путина в августе 2002 года. Все это подвели под одну статью — «Превышение служебных и должностных полномочий», которая и легла в основу обвинения. «Утопить» Кривулина было поручено специально созданной следственной бригаде во главе со следователем по особо важным делам краевой прокуратуры О.В. Кравченко.

На время следствия – в течение почти двух лет — Виктор Кривулин был отстранен от руководства районом. Когда следствие было завершено, суд, вопреки закону, не восстановил главу района в должности. Еще несколько месяцев шел судебный процесс, итогом которого стало воистину «соломоново» решение. Кривулину дали четыре года лишения свободы условно с лишением на три года права занимать должности на государственной службе и в местном самоуправлении. Именно этого и добивались те, кто стоит за судебным фарсом. Адвокаты Виктора Кривулина обжаловали приговор Хасанского районного суда в кассационной жалобе, которая едва уместилась в 50 страниц убористого текста. Не вдаваясь в юридические термины, можно сказать, что в ходе предварительного следствия и судебного процесса были нарушены основополагающие принципы правосудия: право обвиняемого на защиту, принцип состязательности и равенства сторон в судебном процессе, соответствующий делу состав суда, а также ряд других процессуальных и конституционных норм.

Вообще, ход предварительного следствия и судебного разбирательства наводит на многие размышления. Странности начались с самого факта и процедуры возбуждения уголовного дела против законно избранного главы муниципального образования. По действующему законодательству РФ принять решение об уголовном преследовании чиновника такого уровня может только прокурор субъекта Российской Федерации. В нашем случае все произошло по-другому. Видимо, чтобы избежать обвинений краевого прокурора в личной заинтересованности. Поскольку косвенной информации, свидетельствующей о личной заинтересованности прокурора Приморского края В.В. Василенко в смене власти в Хасанском районе достаточно. Изначально нарушив все процессуальные нормы, прокуратура так и не смогла выстроить юридически безупречного уголовного дела. Что, разумеется, не могло не сказаться на ходе судебного процесса. Ну, как, скажите объяснить, то, что суд не вернул дело в прокуратуру, несмотря на то, что изначально был нарушен порядок возбуждения уголовного дела против выборного должностного лица? Объяснить это можно либо юридической безграмотностью, что для судьи – роскошь непозволительная, либо сознательным нарушением процессуальных норм ради достижения конкретного результата. В данном случае – осуждения неугодного.

И для достижения этого результата было сделано все возможное и невозможное. Так, в судебном заседании дело рассматривали не трое квалифицированных судей, как того требует закон, а лишь один судья. Ходатайство обвиняемого насчет коллегиального рассмотрения дела, на что он имеет полное право, осталось без удовлетворения. Как, впрочем, и все до единого другие ходатайства, заявленные Виктором Кривулиным и его защитниками. Дальше – больше. Государственный обвинитель М. Варавенко в свое время консультировала сотрудников администрации Хасанского района на предмет увольнения главврача районной клинической больницы Г. Рогачева. Именно с одобрения М. Варавенко было принято одно из решений о его увольнении, ставшее впоследствии предметом судебного разбирательства. То есть, по юридическим нормам гособвинитель Варавенко является свидетелем по делу, и выступать в процессе от имени обвинения не может. Но это по закону. А по понятиям приморской прокуратуры не закон определяет, что и как, а совершенно конкретные должностные лица. В итоге получилось, что М. Варавенко, а в ее лице – прокуратура и прокурор Приморского края, обвиняла Кривулина в своей собственной профнепригодности.

Однако и этих кульбитов с нормами российских законов для гарантированного результата процесса суду показалось недостаточно. Иначе не объяснить, почему суд не позволил своевременно допросить свидетелей защиты Виктора Кривулина, хотя те находились в здании суда. Не объяснить, почему депутат Государственной Думы Виктор Черепков не может выступать защитником Виктора Кривулина, но может защищать двух других обвиняемых по этому же делу. Правда, и это длилось недолго: после двух недель процесса Виктор Черепков, как защитник, был отведен судом от участия в судебном разбирательстве. Чем, как не заранее спланированным исходом судебного процесса, можно объяснить то, что вопросы адвокатов Кривулина, неудобные для суда и обвинения, отводились судом даже без занесения в протокол судебного заседания самого факта постановки таких вопросов?

Зато суд охотно принимал на веру сбивчивые и путанные показания свидетелей в пользу одного из потерпевших – бывшего главврача районной больницы Геннадия Рогачева. И напрочь игнорировал показания других свидетелей — его коллег, десятки лет проработавших с ним в одном коллективе. Суду оказалось недостаточно многочисленных документов, свидетельствующих о том, что эскулап неплохо устроился за счет нищенского положения своих коллег и подчиненных задолго до появления в районе нового главы Виктора Кривулина. Суд совсем не заинтересовало, что за казенный счет Рогачев покупал для личных нужд мобильные телефоны, на десятки тысяч рублей оплачивал услуги сотовой связи, имел «скромные» командировочные расходы по 4,5 тысячи рублей в день, выплачивал незаконные вознаграждения «своим» людям, и делал еще много чего незаконного. Это в то время, когда в больнице нет ни лекарств, ни достойного питания для пациентов, приходит в негодность давно устаревшее медицинское оборудование. Все это подтверждено документами, которые суд, видимо, посчитал неубедительными.

Все встало на свои места ближе к завершению процесса, когда уже было очевидно, что суд, отрабатывая прокурорский заказ, пошел, что называется, вразнос. Иначе не объяснить, как профессиональный юрист может неоднократно и без зазрения совести, не только ссылаться на нормы уже недействующих законов, но и руководствоваться ими при вынесении вердикта. И уж совсем неприлично суд выглядел в своем рвении переплюнуть прокуроров, когда вопреки действующим законам расширял границы обвинения. Не обошлось и без банальной фальсификации и подлога в документах. По-другому трудно расценить то, что показания свидетелей, изложенные в приговоре, не соответствуют тем показаниям, что были даны на предварительном следствии и в ходе судебных слушаний.

Справедливости ради, стоит отметить, что судебная вакханалия началась не вдруг. Поначалу судья Галина Катаева, для которой бессмысленность и бесперспективность данного дела была очевидна, пыталась, как могла, уклониться от участия в процессе. Даже несмотря на настойчивые «просьбы» со стороны краевой прокуратуры. Возможно, Катаева думала о пенсии, до которой осталось два года, возможно о своем честном имени, или о чем-то еще… Судья пыталась «заболеть», чтобы это дело передали другому судье, дабы не нарушать процессуальных сроков, но у нее ничего не вышло. Беда оказалась в том, что у судьи есть взрослая дочь, которая работала в Хасанском РУВД и была замужем за бывшим таможенником, а ныне – мировым судьей Хасанского же районного суда А. Гелешем. Поговаривают, что когда нежелание судьи участвовать в судебном фарсе стало слишком очевидным, у ее зятя совершенно случайно начались серьезные проблемы. Еще будучи таможенником, А. Гелеш попался на мелкой взятке – он вымогал $400 у моряков, привезших из Японии автомобили. Тогда прокуратура не обратила на это особого внимания, и уголовное дело было закрыто. Из таможни Гелешу пришлось уйти и, с помощью матери жены, податься в мировые судьи. Но когда теща Гелеша – судья Галина Катаева – заартачилась в «деле Кривулина», родственные связи сыграли с незадачливым взяточником злую шутку. Дело о взятке возобновили, как это принято – по вновь открывшимся обстоятельствам. И краевой суд по настоятельной просьбе прокурора края дал согласие на привлечение Гелеша к уголовной ответственности. К этому времени он уже был мировым судьей. Причем это как-то случайно совпало с началом процесса над Кривулиным. Правда, как только стороны пришли к взаимопониманию, и судебные заседания пошли «как надо», уголовное дело против А. Гелеша снова «затихло». Такой вот нехитрый прокурорский способ «отправления правосудия». Есть еще один. Дочь судьи – опять же, по странному совпадению — в одночасье из рядовых милицейских клерков стала помощником прокурора Хасанского района, что очень удивило работников правоохранительных органов и жителей района. Теперь судья Галина Катаева ждет обещанного депутатом Госдумы Виктором Черепковым приглашения на заседание краевой квалификационной коллегии судей, которое, скорее всего, станет последним в ее судейской карьере. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Как и незадачливый районный прокурор В. Кучеренко, так и не сумевший посадить Кривулина. За невыполнение «боевой задачи» он отстранен от работы, отправлен в отпуск с последующим увольнением, и пьет горькую.

Однако самое пикантное в нынешнем положении суда и обвинения заключается вот в чем. В ходе судебного разбирательства Виктор Кривулин заявлял ходатайства о том, чтобы государственным обвинителем на процессе выступил непосредственно прокурор Приморского края Валерий Василенко.Тот отказался, и не зря: негоже чиновнику такого уровня в фарсе участвовать. А в том, что прошедшее судилище именно фарс – сомневаться не приходится. Хотя бы по одной простой причине: главу администрации Хасанского района Приморья Виктора Кривулина судили… неизвестно за что. Напомним, что обвинение ему было предъявлено по статье «Превышение должностных и судебных полномочий». Беда прокуратуры и суда в том, что ни в ходе следствия, ни в ходе судебного разбирательства так и не было четко сформулировано: какие полномочия Виктор Кривулин превысил, чьи права нарушил, и какие обязанности не исполнил. Нет этих ключевых вещей и в приговоре. Стало быть, говоря юридическим языком, невозможно определить границы добросовестного исполнения служебных полномочий и их превышения. В общем, получается, что суд был ни о чем. Как опытный юрист, прокурор Приморья Василенко наверняка видел, что обвинение слеплено настолько топорно, что развалится в любой момент. Скорее всего, именно поэтому краевой прокурор отказался от участия в заведомо провальном процессе: так не только профессиональной репутации лишиться можно, но и полюбившегося за 13 лет кресла главного блюстителя законов в регионе.

… На днях владивостокская газета «Золотой Рог» обнародовала «свежие» факты участия работников прокуратуры Приморского края в криминальной деятельности. Реакции – никакой.

Очередной скандал разгорается с участием краевой администрации, незаконно построившей на бюджетные деньги шикарную загородную резиденцию на острове Русский. Прокуратура, как водится, ничего не заметила.

На заседании Законодательного Собрания Приморского края депутат Александр Мамошин прямо заявляет о том, что бездействие и формальный подход к делу краевой прокуратуры блокирует работу депутатской комиссии по расследованию банкротств социально значимых предприятий Приморья. Всем до лампочки.

В центре Владивостока с вопиющим нарушением всех норм и правил строится элитный многоэтажный жилой дом. Жители близлежащих домов вышли протестовать против незаконной новостройки. Однако прокурор Приморского края Валерий Василенко лично объяснил горожанам, что они не правы, что если этот вопрос еще раз встанет, то все присутствующие «сядут». Причем матерному диалекту, на котором главный приморский служитель закона излагал свои понятия, позавидуют даже самые матерые портовые грузчики. Возможно потому, что сам г-н Василенко скоро станет счастливым новоселом – ведь сомнительный новострой находится аккурат в… метре от здания Следственной части прокуратуры Приморского края. И ничего, все утерлись!

Работа над этой статьей подходила к завершению, когда во Владивостоке хоронили двоих молодых ребят — следователей транспортной прокуратуры. Они были убиты под городом Партизанском своими коллегами из правоохранительных органов. В банду входили сотрудник милиции, судебный пристав и один из жителей Партизанска. По данным следствия, за «оборотнями в погонах» числится еще как минимум три убийства. В свое время они так и остались нераскрытыми. Почему? Может потому, что следователи по особо важным делам не занимаются раскрытием тяжких преступлений, а командируются для решения проблем руководства прокуратуры края? Почему возможно такое, что уволенный в Партизанске по дискредитирующим основаниям сотрудник органов внутренних дел без всяких проблем получает работу, погоны и оружие в соседней Находке, чтобы, пользуясь этим, убивать?

Прокуратура и прокурор Приморского края молчат. Наверное, потому, что в этих смертях виновна и сама прокуратура, «усердно» надзирающая за соблюдением законов, в том числе и сотрудниками правоохранительных органов. А может быть, просто не до того – заказных дел хватает. Таких, как пресловутое «дело Кривулина». Но именно поэтому прокуратуру в краевом суде ждет свое Ватерлоо. Ничьей не будет. Ведь либо суд докажет, что кроме прокурорских понятий существует закон, либо всем нам придется признать, что изрядное число грязных пятен, появившихся в ходе «дела Кривулина» на прокурорском мундире, – и не грязь вовсе, а просто расцветка такая…

По материалам приморских СМИ.

26.05.2004г.