Экс-депутат Госдумы Ильдар Самиев вернул клиентам взятые у них деньги, но это не спасло его от следствия

Следственный комитет РФ завершил расследование уголовного дела в отношении экс-депутата Госдумы от «Справедливой России» Ильдара Самиева. Бывшему парламентарию инкриминированы два эпизода мошенничества, жертвой одного из которых стал футболист сборной России Федор Смолов. Своей вины господин Самиев не признал, хотя и возместил ущерб всем пострадавшим.

Ильдару Самиеву и его защите предстоит ознакомиться с 18 томами уголовного дела. В них собраны доказательства по двум эпизодам мошенничества. Первый, ставший основанием для возбуждения СКР осенью прошлого года уголовного дела по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере), связан с продажей недвижимости в Подмосковье. Из материалов дела следует, что в 2012 году принадлежащее экс-депутату Самиеву ООО «Соратник» продало компании Risegate Enterprises Ltd земельный участок в 23 сотки и находящийся на них коттедж в Красногорском районе Московской области. При этом следствие считает, что обвиняемый изначально не имел ни возможности, ни намерения исполнять взятые на себя обязательства. В обвинительном заключении говорится, что в период с 31 июля 2012 года по 25 января 2016 года путем заключения договора займа и купли-продажи векселей Ильдар Самиев и неустановленные лица получили от покупателя более $840 тыс. Впоследствии эти деньги были похищены, а недвижимость на Risegate Enterprises Ltd оформлена так и не была.

Фото: Юрий Стрелец / Коммерсантъ

В феврале нынешнего года, когда бывший парламентарий уже полгода по решению Пресненского райсуда столицы находился под стражей, в деле появился второй эпизод и новый пострадавший: нападающий сборной России Федор Смолов. Как оказалось, в марте 2017 года футболист почти за 200 млн руб. купил у господина Самиева в элитном московском жилом комплексе Knightsbridge квартиру, которая оказалась в залоге. Из заявления потерпевшего Смолова следовало, что жилье на улице Ефремова площадью 194,5 кв. м он нашел на сайте жилого комплекса Knightsbridge Private Park. Заниматься приобретением недвижимости и улаживать все формальности футболист поручил своему отцу Михаилу Смолову. В итоге тот заключил договор с соинвестором строительства — ООО «Оптима проперти менеджмент», контролируемым структурами Ильдара Самиева.

В ходе следствия выяснилось, что Федор Смолов еще до подписания договора и внесения предоплаты в размере 163,4 млн руб. знал о том, что купленная им квартира находится в залоге у ПАО «Связь-банк». Однако обещание снять обременение с недвижимости в течение двух месяцев после полной оплаты ООО «Оптима проперти менеджмент» так и не выполнило.

Своей вины в инкриминируемых деяниях Ильдар Самиев так и не признал, утверждая, что в обоих случаях имели место исключительно гражданско-правовые отношения. По словам его адвоката, в эпизоде с подмосковной недвижимостью был заключен инвестиционный контракт, который «Соратник» в части строительства девяти коттеджей полностью выполнил. Все дома были переданы в собственность ФГУП «Рублево-Успенский лечебно-оздоровительный комплекс», а еще один, тот самый проблемный участок, ФГУП должно было передать «Соратнику», но так этого и не сделало. В итоге покупатель, по собственной инициативе заранее оплативший землю и дом, остался ни с чем. В истории же с квартирой Федора Смолова накладка, по словам защиты обвиняемого, случилась исключительно из-за ареста квартир в ходе корпоративного конфликта между инвесторами проекта.

При этом отметим, что нанесенный потерпевшим ущерб Ильдар Самиев уже полностью компенсировал. В первом случае это произошло, после того как в июле 2017 года Арбитражный суд Москвы обязал ООО «Соратник» выплатить компании Risegate Enterprises Ltd более $1 млн. А уже в этом году почти 200 млн руб. были перечислены на счет футболиста.

Впрочем, расплата по долгам не помогла господину Самиеву выйти из СИЗО. В изменении меры пресечения на домашний арест ему было отказано. Теперь обвиняемому остается рассчитывать только на то, что при вынесении приговора суд учтет возмещение им ущерба как смягчающее вину обстоятельство.

Олег Рубникович

Оригинал материала: "Коммерсантъ"