Какие показания давали на начальника столичного главка СКР генерал-майора Александра Дрыманова его коллеги

Во вторник сотрудники ФСБ задержали бывшего главу ГСУ СК РФ по Москве Александра Дрыманова. Его подозревают в получении взятки от вора в законе Захария Калашова (Шакро Молодой) за освобождение из-под стражи приближённого криминального авторитета Андрея Кочуйкова (Итальянца). Лефортовский суд Москвы арестовал Дрыманова на два месяца. Генерал пробудет под стражей до 12 сентября.

Экс-глава СК по Москве в апреле 2017 года стал свидетелем по уголовному делу своих коллег — заместителя столичного СК РФ Дениса Никандрова, начальника управления собственной безопасности ведомства Михаила Максименко и его зама Александра Ламонова. Их обвинили в получении взятки ($1 млн) от вора в законе Шакро Молодого за освобождение из-под стражи приближённого криминального авторитета Андрея Кочуйкова. Теперь ему предъявляют обвинение в том, что он был в доле со своими подчинёнными.

Задержать Дрыманова по делу о взятках в Следственном комитете, возможно, удалось благодаря прослушке разговоров его бывших подчинённых — Максименко и Ламонова. Как выяснил Лайф, подчинённые Дрыманова, не догадываясь, что находятся под колпаком ФСБ РФ, обсуждали между собой, как будут делить полученные 500 тысяч долларов от Шакро Молодого за освобождение Кочуйкова, при этом они несколько раз упоминали некоего «Сан Саныча».

Криминальный авторитет Андрей Кочуйков, известный под прозвищем Итальянец, в Никулинском суде города Москвы, 10 октября 2017 года. Фото: © РИА Новости / Евгений Одиноков

Контрразведчики слушали все разговоры как Никандрова, так и Максименко с Ломановым с Захарием Калашовым (Шакро Молодой), когда те обсуждали обстоятельства освобождения Итальянца.

Первый заместитель руководителя Главного следственного управления Следственного комитета РФ по городу Москве генерал-майор юстиции Денис Никандров, обвиняемый в получении взятки в особо крупном размере, в Лефортовском суде Москвы, где рассматривается ходатайство следствия о продлении на три месяца срока ареста, 15 декабря 2016 года. Фото: © РИА Новости / Кирилл Каллиников

Из материалов уголовного дела в отношении Никандрова, которые оказались в распоряжении Лайфа, следует, что Максименко и Ламонов, используя свои служебные полномочия, оказывали воздействие на Дрыманова «с целью недопущения его вмешательства в принятие требуемых процессуальных решений». Означают ли эти слова, что Дрыманов сам лично не получал денег или вовсе пытался помешать планам коллег, — неизвестно. Но то, что он не раз упоминается в разговорах между Максименко и Ламоновым, — факт.

Так, в одном из разговоров подельники Никандрова Михаил Максименко и Александр Ламонов обсуждали, как изменить Андрею Кочуйкову статью УК РФ «Разбой» на менее тяжкую, чтоб суд отпустил его из СИЗО под подписку о невыезде. Лайф приводит разговор двух теперь уже бывших силовиков. М — Михаил Максименко, А — Александр Ламонов.

Заместитель начальника управления собственной безопасности Следственного комитета России Александр Ламонов в Лефортовском суде Москвы, где рассматривается ходатайство следствия о его аресте, 19 июня 2016 года. Фото: © РИА Новости / Михаил Воскресенский

АКогда вопрос возникал, разговаривали только с нами, ни с кем другим. И у нас разговор шёл о чём? Или по хулиганке, или по самоуправству… А о том, чтобы выпускать на свободу, вообще вопрос не стоял. Была озвучена цифра — триста… Сказали: «Это мало…» Пятьсот там выделили уже(имеется в виду сумма взятки 500 тысяч долларов от Шакро Молодого. — Прим. Лайфа).

М: Что за…? Мы с вами договаривались, мы выделили деньги, никто, кроме нас, вообще не выделял. Выделена сумма пятьсот. Вот… С посредником мы вчера встретились. «Ты знаешь, — я говорю, — у тебя там х…я непонятная. Какого х… рискую, занимаюсь, это самое, и это уже…»

А: Хорошо. Это всё обсуждаемо.

М: Сколько…

A: «Первая была цифра — пятьсот. Откуда взялся… Дима говорит: «Мы никого не уполномочивали…» Вот эта цифра — всё.

М: Саша, если мы сейчас начнём разбираться…

А: Нет. Там всё нормально, претензий-то нет по этой х…

М: Никто никому ничего не платил?

A: Конечно, никто. И тебя кто-то в заблуждение ввёл. А Никандрову мы озвучили эту цифру. Я говорю, если двести — вам, двести — нам. Всё по-честному.

A: Никандров сказал, что подъезжал, типа, руководитель ЦА (речь идёт о главе СК РФ по ЦАО Москвы Крамаренко. — Прим. Лайфа), спрашивал там: «Всё нормально? Вы меня поддержите?» Он говорит: «Да нормально всё. Всё законно, всё хорошо».

М: Ну и так решили вопрос.

A: Всё у меня в сейфе лежит.

М: Пускай. Тогда понятно …

Бывший глава следственного управления СК Москвы по ЦАО Алексей Крамаренко, обвиняемый в получении взятки от вора в законе Шакро Молодого, во время рассмотрения ходатайства СУ ФСБ об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу, 27 декабря 2017 года. Фото: © РИА Новости / Евгений Одиноков

Кроме того, в том же разговоре Ламонов жалуется Максименко, что ему звонил Шакро Молодой и просил ускорить решение вопроса, так как ему звонила жена Итальянца и торопила с решением вопроса, заявляла, что она сама уже «всё решила».

A: Шакро звонит жене Итальянца. Она говорит: «Я там всё решила». А Шакро… Пошёл он на х… кто… просил? Никто не просил там… Он говорит: «Я готов… я, — говорит, — готов приехать…» Просто он сказал.

М: Я понял.

A: Для них вообще копейки, в принципе.

М: Ну он… Шакро сказал: «Я буду думать.» Но такие…

Расшифровка разговоров Михаила Максименко и его зама Александра Ламонова подтверждает косвенно заявление Дениса Никандрова в суде о суммах взяток и причастности к делу Дрыманова.

A: <…> Никандров в курсе, в курсе всего. Единственное, Сан Саныч ничего не знает.

М: А?

A: Сан Санычу ничего не говорил. Пусть сами… у Никандрова… Хочешь — сам поговори…

— «Сан Саныч» — это же Дрыманов. Он же по имени-отчеству Александр Александрович, а мы между собой шефа так и называли ласкательно, по-домашнему — Сан Саныч, — рассказал Лайфу источник в столичном главе СК РФ.

По мнению адвоката Ильи Алексеева, слова «Сан Санычу ничего не говорил. Пусть сами…» следствие может интерпретировать по-разному.

Руководитель Главного следственного управления Следственного комитета РФ по городу Москве Александр Дрыманов у Московского городского суда после допроса по делу о взятках начальника управления собственной безопасности СК РФ Михаила Максименко, 19 марта 2018 года. Фото: © РИА Новости

— Если надо закрепить обвинение Дрыманова в получении взятки, то следствие может заявить суду, что упоминание имени «Сан Саныча» доказывает его участие в преступлении и что он был в курсе всех действий своих подчинённых — Дениса Никандрова, Михаила Максименко и Александра Ломанова, — считает Илья Алексеев. — А вот адвокаты Дрыманова точно будут отталкиваться от данной фразы и утверждать, что это и есть доказательства невиновности генерала.

Вместе с тем Алексеев не исключает, что ранее в уголовном деле о получении взятки подчинёнными Дрыманова сотрудники ФСБ РФ умышленно изъяли данные прослушки, чтоб использовать полученные оперативные материалы виновности генерала во время судебного процесса над ним.

— Доказательной базы на Дрыманова хватит. Сейчас следственные органы отрабатывают самые различные доказательства, и в ближайшее время могут появиться и три, и четыре эпизода, если хватит доказательной базы, — говорит источник в следственной группе, уточняя, что Дрыманова разрабатывали почти полгода.

Напомним, что основным свидетелем по делу Дрыманова является его бывший заместитель Денис Никандров, который заключил сделку со следствием и ещё в апреле 2017-го дал показания на своего шефа. Никандров сообщил следствию, что получил от Шакро Молодого 500 тысяч долларов для Дрыманова, который якобы обещал освободить из СИЗО Итальянца.

Александр Раскин

[«Коммерсантъ», 18.07.18, «Генерала Дрыманова подвела нестабильность его заместителя»: В центральном аппарате и московском управлении СКР начались массовые аресты, однако генерал Дрыманов избежал уголовного преследования и даже сохранил за собой должность. Дело в том, что по закону возбудить дело против действующего начальника ГСУ СКР по Москве мог только глава СКР Александр Бастрыкин, однако направляемые чекистами материалы он дважды проигнорировал, спасая таким образом своего давнего соратника и авторитетнейшего в прошлом следователя Дрыманова.

Оперативная разработка генерала тем не менее продолжилась, чекисты периодически проводили обыски в его столичной квартире, в загородном доме и даже в служебном кабинете, изъяв при этом три боевых пистолета, которыми господин Дрыманов был награжден за прошлые неоспоримые заслуги в следственной работе. На одном из судебных процессов, посвященных разбирательству по уголовному делу предполагаемого подельника генерала бывшего начальника главка собственной безопасности и межведомственного взаимодействия СКР Михаила Максименко, гособвинитель уже открытым текстом назвал Александра Дрыманова участником коррупционной схемы, однако и это ни к чему не привело. Свидетель Дрыманов по собственной инициативе приехал на процесс и заявил о своей невиновности.

К началу лета чекистам удалось добиться лишь смещения генерала с должности: господин Дрыманов добровольно подал рапорт об отставке по выслуге лет, который был удовлетворен. Однако даже и после того, как свидетель потерял статус спецсубъекта и защиту Александра Бастрыкина, следственное управление ФСБ РФ не стало предпринимать в его отношении каких-либо решительных действий. Так, например, спецслужба не препятствовала обращению генерала в квалификационную комиссию Адвокатской палаты Волгоградской области, в которой тот решил получить статус адвоката, опять же дающий ему пусть и не абсолютный, но все же иммунитет от уголовного преследования. Всего через две недели, в среду, 1 августа, генерал должен был сдать экзамен в Волгограде и приступить к правозащитной деятельности, однако, вместо этого оказался СИЗО «Лефортово». — Врезка Скандалы.Ру]

Оригинал материала: "Лайф"