Перед отзывом лицензии владелец банка «Югра» завел на его баланс нефтяные активы и недвижимость

Отзыв лицензии у банка «Югра» в конце июля стал крупнейшим страховым случаем и одним из самых скандальных. Генпрокуратура пыталась запретить Агентству по страхованию вкладов (АСВ) начинать выплаты вкладчикам «Югры» (170 млрд руб.), а владелец банка Алексей Хотин (с ним связаться не удалось) после отзыва лицензии слал в ЦБ планы спасения. Сейчас суды рассматривают три дела «Югры»: о введении в нее временной администрации, отзыве лицензии и банкротстве.

Центробанк обвинил «Югру» в неподобающем ведении бизнеса: банк исполнял его требования лишь на бумаге, а на деле его бизнес сводился в основном к кредитованию владельца за счет привлекаемых вкладов населения. «Югра» это всегда отрицала, но этим ограничивалась и про свой бизнес не рассказывала. Все изменилось с началом судов: бывший председатель правления «Югры» Дмитрий Шиляев рассказал свою версию произошедшего с банком, но регуляторы – ЦБ и АСВ – отказались от комментариев.

Черная пятница

«6 июля около 5 вечера позвонили с Балчуга [Главное управление ЦБ по ЦФО] и попросили быть на [рабочем] месте в течение часа, – вспоминает Шиляев. – Я прождал два часа и уехал. В районе 19 часов в банк приехали сотрудники ЦБ, взяли двух наших сотрудников, вместе поехали на Балчуг, посадили в переговорную и продержали почти три часа – около 10 вечера им вручили предписание».

Оно состояло из двух частей, рассказывает Шиляев. Первая – доначислить 13,4 млрд руб. резервов и отчитаться о выполнении до 15 часов 7 июля, вторая – до 15.00 7 июля сдать формы отчетности. «На выполнение предписания дают меньше суток, наверное, когда хотят убить банк, – говорит Шиляев. – Даже чтобы физически все проводки осуществить, все сотрудники работали всю ночь».

Столь жесткие сроки – не новость, говорит президент Клуба банковских бухгалтеров Кирилл Парфенов: «В один банк 31 декабря пришло предписание о доначислении резервов до конца месяца». Практикуется, по его словам, и предоставление отчетности «срочно по выполнению»: «Возможно, это связано с тем, что если начислить быстро и не дать что-то еще делать, то будет полная уверенность, что банк не выплывет. Вполне вероятно, что решение уже принято и надо только подкрепить его отчетностью».

Примерно так и вышло: 7 июля прошло заседание комитета банковского надзора ЦБ (КБН), итогом которого стал приказ о введении с 10 июля в «Югру» временной администрации в лице АСВ.

Бывшие руководители «Югры» все еще надеются отменить полученный от ЦБ бан

Банк, по словам Шиляева, все сделал в срок – в 15.05 в ЦБ был отправлен отчет по резервам и нарочный с бумажной версией, в которой «Югра» сообщила, что формы отчетности будут представлены до 17.00 7 июля: «Прежде чем отправить отчет, мы показали его рабочей группе из сотрудников ЦБ, проверяющих банк. В письме мы разъяснили, что требуемые формы составляются на основе данных по всему банку (с филиалами с разными часовыми поясами) на второй рабочий день после отчетной даты. Поэтому в 15.00 отчетности на 7 июля быть не может, но мы обязуемся предоставить ее до 17.00, что и было сделано примерно в 16.45, у нас есть отметка куратора банка на бумажной версии». В тот день электронная отчетность была отправлена в ЦБ, добавил он.

Но по пятницам у регулятора короткий день – как раз до 16.45 – и выполнить предписание «Югра» не успела, настаивали в суде представители ЦБ. Зато за

Такое агрессивное привлечение вкладов населения в финансирование проектов собственников, которые, скорее всего, не будут сейчас обслуживать кредиты, мы это уже видим <…> Эта бизнес-модель не лечится — Эльвира Набиуллинапредседатель Банка России

этот короткий день многое успел ЦБ, было рассказано на суде: обсудить на КБН финансовое положение «Югры» по итогам предписания, направить в АСВ запрос на подготовку плана по предотвращению банкротства банка, получить письменное согласие агентства и еще на одном заседании КБН одобрить его план.

Глава Центробанка РФ Эльвира Набиуллина

«В ЦБ вообще смотрели отчетность банка тогда, видели, что он выполнил предписание по резервам и не нарушил нормативов?!» – несколько раз вопрошал на заседании суда юрист «Югры». Представитель ЦБ не ответил – он лишь настаивал, что это не имело значения для ввода временной администрации (Арбитражный суд Москвы поддержал эту позицию).

Без лишних споров

ЦБ объяснял ввод временной администрации в «Югру» обнаруженными признаками вывода активов и недостоверной отчетности, а также «техническим» исполнением своих предписаний: банк формировал резервы по одним кредитам, а потом расформировывал по другим. Вызвали подозрения и весьма прибыльные для «Югры» сделки с производными инструментами.

«Открытие» и Бинбанк были вполне рыночными банками, работавшими с большим количеством заемщиков, имели большие межбанковские отношения, в то время как «Югра» в основном кредитовала основного акционера — Петр Авен член совета директоров и совладелец Альфа-банка.

По словам Шиляева, сотрудники ЦБ пришли с проверкой в мае и не уходили до самого конца. Это подтвердил на суде представитель ЦБ. «Десант человек в 30 постоянно был в банке» и мог в режиме онлайн наблюдать, как «Югра» выполняет предписание, отмечает Шиляев.

Петр Авен

«Мы с ЦБ никогда не спорили, выполняли все предписания и рекомендации, точно следовали всем нормативным документам регулятора и законодательству», – уверяет он. Такое смирение нетипично. При получении серьезных, многомиллиардных предписаний между регулятором и банком «всегда идет сначала переписка и дискуссия о размере резервов, которые необходимо начислить», рассказывает председатель совета директоров «Сафмар финансовые инвестиции» Олег Вьюгин, бывший первый зампред ЦБ и председатель совета директоров «МДМ банка»: «В ход идет и оценка [залогов независимым оценщиком], финансовые показатели бизнеса [заемщика] или дополнительно что-то предлагается [в виде обеспечения по ссуде]. Это вполне допускаемая практика со стороны ЦБ – обсуждение цифр, которые они выработали. Не знаю, как сейчас, но когда-то Центральный банк слушал и даже иногда договаривались о других цифрах, менее жестоких».

Других планов не было

После комплексной проверки ЦБ в июле 2016 г. банк получил акт о недоформированном резерве на 76 млрд руб. Основные претензии – неправильная оценка кредитных рисков и стоимости обеспечения, рассказывает Шиляев: «Методика «Югры» <…> была фактически одобрена ЦБ, ведь [прежде] она не вызывала нареканий. А заложенное имущество банк учитывал на основании отчетов независимых оценщиков из топ-20».

Признание обеспечения и оценка резервов по корпоративным заемщикам – самая сложная тема при проверках банков, здесь нет стандартной практики и всегда присутствует субъективная точка зрения, никакая методика не покроет все ситуации, говорит Павел Алексеев, возглавляющий дирекцию стратегии, планирования и контроллинга «ОТП банка»: «Большую роль играет профессиональное суждение специалиста банка и ЦБ. В ЦБ работают адекватные люди, но с определенным фокусом – чтобы резервы подувеличить. Однако не очень кровожадные».

После той проверки ЦБ, по словам Шиляева, не вынес предписания, «Югра» отправила возражения на акт, в ответ банку «устно было рекомендовано подготовить план повышения финансовой устойчивости» – устранить замечания регулятора. В августе был составлен план с графиком доначисления резервов на все 76 млрд руб. в первые полгода, оформления дополнительного обеспечения и докапитализации банка, а в следующие шесть месяцев – оформления в залог возводимой заемщиками недвижимости, рассказывает он: «План был подкорректирован после замечаний регулятора про какие-то мелкие нестыковки. Других планов не было».

Такое ощущение, что выполнение очередного предписания нервировало регулятора, который ожидал, что мы должны лечь и сдаться — Дмитрий Шиляевбывший предправления банка «Югра»

10 заемщиков, заподозренных ЦБ в недостоверной отчетности, получили подтверждение аудиторов о правильности отражения операций, заказывались новые оценки залогов с подтверждающей экспертизой СРО, перечисляет Шиляев: «За полгода мы сформировали резервы на сумму более 76 млрд руб. и [потом] уменьшили за счет залогов. Всего было оформлено обеспечения на 150 млрд руб. Но мы не все резервы скорректировали, а примерно 60 млрд – т. е. чистое досоздание резервов было до 20 млрд».

Вот как это было: каждый месяц банк формировал резервы по части портфеля, а на следующий месяц их уменьшал за счет оформления новых залогов, устранения замечаний к заемщикам (по признакам нереальности деятельности). Это называется улучшение качества кредитного портфеля, говорит Шиляев. ЦБ воспринял это иначе.

К 1 марта «Югра» выполнила план и отчиталась перед ЦБ, но тот начал присылать новые предписания – в том числе по мотивам июльского акта проверки 2016 г., утверждает Шиляев: «19 мая в 7 часов вечера пригласили приехать на совещание на Балчуг, где ближе к 11 часам вручили предписание доформировать резервы не менее чем на 46 млрд руб., на выполнение дали три недели».

Все или ничего

В предписании была масса нестыковок, утверждает Шиляев: например, формировать резервы по заемщикам, которые уже погасили задолженность. В реальности пришлось доформировать 57,7 млрд руб., говорит он: «Мы были в шоке, ведь банк уже переварил эти резервы и замечаний не предъявлялось». Но банк выполнил и это предписание, капитал просел до 33 млрд руб.

Могло быть и хуже: в июне банк по отступному получил в собственность акции девяти компаний (везде менее 20%) с лицензиями на 28 нефтяных месторождений: Ербогаченское, Нижнекиренское, Моктаконское и др. В результате трехсторонних сделок между «Югрой», ее заемщиками и владельцами активов были погашены кредиты более чем на 8 млрд руб. – за счет передачи банку заложенных акций, оцененных в 19,3 млрд (копии отчетов есть у «Ведомостей»).

13 июня «Югра» отчиталась о выполнении майского предписания. А вечером 21 июня пришло новое – его надо было выполнить не позже следующего дня и отчитаться до 26 июня включительно. «В основу его опять лег июльский акт 2016 г., – говорит Шиляев. – И мы сделали вывод, что ЦБ предпринимает все возможные действия, чтобы мы нарушили либо требования предписания, либо нормативы». «Даже если заемщика уже нет, указанный в предписании резерв банк обязан создать и ждать, пока ЦБ не разберется и не признает ошибку, – такие правила», – сетует он.

Новое предписание требовало доформировать резервы, скорректировав стоимость залогов по кредитам 34 заемщиков в соответствии с установленной ЦБ справедливой стоимостью (35,4 млрд руб. против 97 млрд в расчетах банка), а по трем заемщикам – вообще не брать в расчет заложенное имущество. Это «Иреляхнефть», ООО «Меридиан» и «Мултановское», заложившие нефтяные скважины, газолифтовые линии и шлейфы от скважин. В документе нет данных по «Меридиану», но есть по «Иреляхнефти» и «Мултановскому»: задолженность банку – 17,4 млрд руб., стоимость обеспечения – 12,6 млрд по данным «Югры» и 8,3 млрд по оценке ЦБ.

170 млрд руб. на столько были застрахованы вклады в «Югре», всего население хранило в банке 184,7 млрд руб. (данные ЦБ). При «самом оптимистичном подходе к оценке дисбаланса «Югры» необходимое финансирование для санации превысило бы размер страховой ответственности АСВ», отмечал регулятор. ЦБ объяснял крах «Югры» его бизнес-моделью: за счет средств физлиц финансировались связанные с бенефициарами проекты, причем масштабы деятельности заемщиков не соответствовали размеру кредитов

Регулятор не разрешил для уменьшения резервов учитывать стоимость залогов – она применима лишь при продаже бизнеса в целом, ведь «объекты <…> не способны генерировать доход в отрыве от всего имущественного комплекса месторождения», указал ЦБ. «Стоимость обеспечения было велено обнулить, хотя мы объясняли ЦБ, что имущественный комплекс поделен между несколькими договорами залога по одному заемщику. Прежде регулятор относился к этому спокойно», – рассказывает Шиляев.

Если имущественный комплекс разбит по кредитным договорам, но находится у банка в залоге по одному заемщику – это сильная позиция, говорит бывший топ-менеджер банков из топ-20: «ЦБ разрешает в таком случае уменьшать резервы за счет обеспечения». Но здесь колоссальное значение имеет репутация, отмечает он: «Если банк не раз регулятора надувал, то доверия к нему нет. И даже когда весь имущественный комплекс заложен по одному договору, ЦБ начинает сомневаться в оценках банка. Если же у банка хорошая репутация, то и 20 договоров залога не проблема».

Вьюгин обращает внимание на то, что ЦБ не ответил на возражения «Югры» к акту проверки: «Какая-то странная практика, возможно, это значит, что доверие разрушено полностью. В принципе, Центробанк на письма реагирует, по крайней мере, они должны ответить: «Наша позиция осталась неизменной, ваши аргументы по такой-то причине не проходят».

Проигрыш по времени

«Югра» снова нашла выход. На этот раз акционер простил ей долг в $85 млн по субординированным депозитам. С 2015 г. Хотин таким образом помог банку на $780 млн – как подозревает ЦБ, за счет схемы с кредитами. «Югра» опять отчиталась – предписание выполнено, все в порядке, рассказывает Шиляев.

Новое предписание – из-за которого Шиляев напрасно ждал гостей с Балчуга – пришло 6 июля. На этот раз выручила недвижимость: банк по отступному от 10 заемщиков получил 115 450 кв. м площадей в бизнес-центрах Москвы рыночной стоимостью 16,9 млрд руб., при этом были прекращены кредиты примерно на 3 млрд, рассказывает Шиляев: «Эта разница и позволила выполнить предписание». Но ЦБ посчитал, что справедливая стоимость этих активов составляет 6,4 млрд руб., а еще через пару недель – уже 5,2 млрд, продолжает он.

Шиляев говорит о двух приказах временной администрации: 12 июля – отразить в балансе от 10 июля полученную недвижимость исходя из оценки ЦБ (минус 10,5 млрд руб. из капитала), 27 июля – еще скорректировать ее стоимость исходя из новой оценки ЦБ от 26 июля, причем отразить проводки 21 июля. Всего у «Югры», которая ежедневно отчитывалась перед ЦБ, было минимум три приказа временной администрации от 27 июля (копии есть у «Ведомостей»), корректировавших баланс в операционном дне 21 июня – т. е. задним числом.

«ЦБ в таком случае пишет: «Неправильное ведение бухучета, недостоверная отчетность». Можно с уверенностью сказать, что для банка, ежедневно сдающего отчетность, санкции за такое последовали бы, – говорит Парфенов. – Но это же памятник, кто ж его посадит! Это плохо, но они создали такую систему, по которой сами имеют некое суждение, заставляют его выполнять других. Но к себе относятся очень снисходительно».

По приказу 10 июля полученные по отступному бумаги недропользователей были перенесены в оцениваемые по себестоимости, их положительная переоценка аннулирована и сформированы резервы на возможные потери по ним в размере 50–100%. Итог: на балансе «Югры» чистые вложения в эти акции оказались в 6 раз дешевле, чем были, – 3,2 млрд руб.

Расхождения в оценке месторождений могут быть гораздо больше, говорит управляющий портфелями GL Asset Management Сергей Вахрамеев: «У каждого разная геология, оно может стоить по запасам $1/барр., а может вообще ничего не стоить. Чтобы оценить ценность актива, нужна внутренняя информация: как будет разрабатываться месторождение, когда выйдет на пик добычи, какая нефть будет. Но самый важный параметр – доказанность запасов». Все месторождения некрупные, с неподтвержденными запасами, в отдалении от коммуникаций, добыча на большинстве запланирована только с 2018 г. Объективно оценить их инвестиционную стоимость пока невозможно, говорит Вахрамеев, или получится очень большая вилка.

Другой приказ АСВ 10 июля – создать 100%-ные резервы по форвардным контрактам с ЗАО «Экстракт-Фили» и ООО «Восток-бурение» на 13,1 млрд руб., заключенным в 2015–2016 гг. с расчетами в 2018 г. «Это нонсенс, резерв формируется только по активам, которые несут риск невозврата, – говорит Шиляев. – А по этим контрактам контрагент должен перечислить рубли и только потом банк – поставить валюту».

Обычно форварды оцениваются по справедливой стоимости (исходя из ожидаемой прибыли), которая зависит от волатильности базового актива, говорит старший аналитик Fitch Александр Данилов: «Я даже не припомню, чтобы под них банки создавали резервы, тем более на всю сумму контракта, – скорее всего просто ошибка». АСВ исправило ее приказом от 27 июля: восстановить (т. е. аннулировать) все эти резервы – на 13,1 млрд руб., причем в операционном дне 21 июля.

На следующий день, 28 июля, ЦБ отозвал лицензию «Югры», обосновав это тем, что на 22 июля после досоздания резервов отрицательный капитал превысил 7 млрд руб.

Шиляев считает, что регуляторы подгоняли цифры, и рассчитывает оспорить их действия в суде.

Главное – не форма, а содержание, отмечает Данилов: «Возможно, с формальной точки зрения и имеет значение, каким числом было оформлено то или иное решение ЦБ/временной администрации, но гораздо важнее (например, для кредиторов) вопрос, какие у банка на самом деле есть активы и какова их реальная стоимость».

А ну-ка оцени

Все отчеты об оценке оказавшихся у «Югры» нефтяных активов подготовил за пять дней один эксперт из Бюро оценки бизнеса. Он оценивал эти компании, когда их акции были заложены в «Югре», поэтому логично было у него же делать повторную оценку, в том числе из-за сроков, объясняет Шиляев. Бюро оценки бизнеса не ответило на запрос.

Полученную по отступному недвижимость оценивали пять компаний. Аккредитованная при АСВ «Эсарджи-оценка» разошлась с ЦБ в 3,4 раза, Бюро городского кадастра – в 5 раз. «Мы не смотрим на ЦБ и прочих товарищей, – заявил гендиректор бюро Роман Белобородов. – У нас есть лицензия, нас проверяют, мы не какая-нибудь подставная однодневка. Мы независимые эксперты, проанализировали рынок, посчитали, что цифры такие». Другие оценщики отказались от комментариев.

S.A. Ricci по просьбе «Ведомостей» оценило рыночную стоимость всех 29 объектов недвижимости «Югры»: 17–21 млрд руб. «Активы вполне достойные, они способны генерировать арендный поток», – говорит гендиректор S.A. Ricci Александр Морозов.

Свой-чужой

Почему заемщики «Югры» после предписаний ЦБ оперативно отписывали банку залоги, Шиляев не объясняет. Он уверяет, что переданная банку недвижимость и доли в нефтяном бизнесе не были активами Хотина: «Я оперирую только документами, имеющимися в распоряжении банка. Заемщики и залогодатели не имели никаких юридических связей с акционером, эти структуры не относились к его бизнесу, и он не являлся их бенефициаром». Но среди заемщиков были компании, которые занимаются бурением и на месторождениях акционера банка, признает он: «У нас кредитуется много компаний, которые обслуживают бизнес акционеров». «Всех компаний акционеров» он не знает, но в банк «всегда поступала информация от структур Хотина о принадлежности ему»: «Насколько глубоко мы могли вопрос изучить, настолько изучали». И все же Шиляев уверен: на заемщиков, не связанных с Хотиным, приходится свыше 90% кредитного портфеля.

«Акционеры так борются с ЦБ за банк, поскольку боятся, что временная администрация, когда начнет пытаться вернуть кредиты, станет восстанавливать цепочки, по которым были выданы средства, и доберется до других их активов», – полагает Данилов.

Светлана Петрова

Оригинал материала: "Ведомости"

Стоматологическая клиника f-dent в Москве.