Бывшая комиссар движения «Наши», награжденная в России медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» первой степени, получила грин-карту США

«Я так рада и благодарна, — написала Дрокова, — получить грин-карту и стать ближе к гражданству в моей родной стране США». Страница Дроковой до сих пор существует на сайте rosmolodezh.ru : там говорится, что девушка пришла в движение «Наши» в 2005 году, с июня 2006 по декабрь 2007 являлась участницей «молодежной идеологической группы В.Суркова, идеологом движения НАШИ, а с марта 2007 — руководителем московского штаба движения» (в самой Росмолодежи нам заявили, что этот сайт не имеет отношения к официальной организации).

Помимо этого, Дрокова также являлась «федеральным спикером» ликвидированного к настоящему моменту прокремлевского молодежного движения. Тогда она позировала в майках с изображением президента и, в частности, написала донос на оппозиционного активиста Виталия Шушкевича, сжегшего книгу выступлений Суркова.

Кроме того, девушка получила известность за поцелуй с Владимиром Путиным, однако в итоге, после избиения журналиста Олега Кашина, отошла от проправительственных взглядов и занялась бизнесом, поначалу придя в руководство компании Acronis, а позже занявшись международным пиаром.

При этом о пути Дроковой, оставившей «Наших» в 2012 году, датским режиссером Лизе Бирк Педерссен был снят документальный фильм под названием «Поцелуй Путина».

Отметим, что отношение к Дроковой, несмотря на ее отход от проправительственных позиций, в оппозиционной среде осталось крайне не однозначным, о чем, в частности, сегодня заявил Илья Яшин.

Алексей Обухов

Оригинал материала: «Московский Комсомолец»

«Лайф», 13.03.17, «Феномен Дроковой — о патриотах и прилипалах»

Как пелось в замечательном советском саундтреке (как сейчас модно говорить) к фильму «Щит и меч», Родина начинается с хороших и верных товарищей, живущих в соседнем дворе. Ещё она начинается со старой отцовской будённовки и со стука вагонных колес, а также с юношеских влюблённостей, чувства долга и ощущения капелек росы, рассыпающихся и истончающихся под босыми ногами на весеннем лугу.

Патриотизм, собственно говоря, — это и есть определённое мироощущение, которое нельзя и не нужно воспитывать каким-то специальным, «пробирочным» способом. А что получается, если таких вот патриотических гомункулусов выращивать, — показывает судьба экс-комиссаров движения «Наши», один из которых, точнее одна — героиня нашумевшего в своё время фильма «Поцелуй Путина» Мария Дрокова — сегодня продемонстрировала на своей страничке в «Фейсбуке» вожделенную, судя по её собственным комментариям, американскую грин-карту, попутно назвав Соединённые Штаты родной страной.

И вот вместо инвектив и каких-то порицаний хочется сказать, что дело вовсе не в Марии, которая в определённый период выбрала вполне себе коммерческую стезю, занявшись пиаром в сфере технологических компаний, переехав в Нью-Йорк и даже занявшись инвестированием в перспективные технологические стартапы. Человек в нашем открытом мире в общем-то волен жить и работать там, где ему больше хочется. Вопрос скорее в феномене эдакого специфического молодёжного казённого патриотизма, апогеем и продуктом которого и стало движение «Наши», из которого вышли все эти якименко, дроковы, «Хрюши против», «стопхамы» и «стопхарамы», — создаваемая площадка должна была по задумке авторов в своё время поставить заслон заразе, идущей от ещё первого украинского Майдана. В итоге вместо абсолютно понятных и совершенно адекватных целей локальной мобилизации была создана насквозь лживая, внутренне противоречивая и движимая только финансовыми и узкокорыстными интересами система фейковых «кадровых лифтов» для молодёжи, где все бонусы получала только верхушка, паразитировавшая на страхе некоторых государственных чиновников упустить ситуацию в стране.

Система, созданная Владиславом Юрьевичем Сурковым, — это надо наконец честно признать — в итоге породила, как та гора, всего лишь мышь, ну ещё и создала условия для такого рода каминг-аутов, как этот частный, хоть и резонансный случай с обретением экс-комиссаром Марией Дроковой нового «хоумленда». А ведь уже тогда было понятно, что этот натужный, заточенный под «освоение» президентских грантов патриотизм не только лжив, он банально неэффективен.

Мария Дрокова

Ведь что такое по-настоящему эффективная молодёжная патриотическая политика? Это не махание флагами на огороженных площадках и строго по расписанию. Это не тупые перформансы с элементами ворованного акционизма у офисов оппозиционных политиков. Это не бесконечные мантры про какой-то неведомый «молодёжный парламентаризм». Всё это оказалось на поверку пустышкой при реальном соприкосновении с зачатками отечественного Майдана, который мог случиться в 2011–2012 году. Охранители в итоге продемонстрировали силу, была и Поклонная и прочее, но это были другие люди, там не было картонных нашистов с американскими грин-картами в кармане.

Проблема культивирования реального патриотизма оказывается довольно трудной, так как нужно много чего делать в реале — начиная от качественного профессионального образования и заканчивая приведением нашего общества и экономики, причём зачастую на мелком локальном неинтересном условным «федералам» уровне, к более справедливому состоянию, что предполагает в том числе и выдвижение на руководящие посты людей молодых, вместе с кредитом доверия к ним. В общем, это трудная, технологическая работа без пафоса и внешнего лоска, зато с чёткими дедлайнами и KPI.

И я думаю, ВЮС всё это прекрасно понимает и ему, возможно, где-то глубоко в душе горько оттого, что созданное им движение благополучно почило в Бозе, а активисты бегают по заграницам в поисках грин-карт, вступают в перепалки с курильщиками у «Европейского» или сидят на скамье подсудимых в Новомосковском суде Тульской области. Патриотизм из-под палки оказался совершенно недееспособен и породил лишь плеяду каких-то гротескных девочек и мальчиков, ничего не умеющих, ничему не научившихся, зато с желанием стать «властью».

Нет, братцы, такая «любовь к Родине» нам не нужна. В конечном итоге люди, меняющие страны, идеи и политические убеждения как перчатки, доверия не заслуживают нигде — даже у своих новых хозяев.

Илья Ухов

«Колокол России», 14.03.17, «Холмогоров описал омерзение от американского стартапа экс-«нашистки», сравнив его с минетом»

Российский политический деятель, публицист, блогер, русский националист пишет в своем «Фейсбуке»:

«При защите Маши Дроковой и её зеленой карточки звучат магические слова «стартап», «Айти», «франчайзинг», «успех», «карьера», «целеустремленность» и «свой бизнес». Мол, у Маши всё это есть, и кто вы такие, чтобы обсуждать её и попрекать гринкартой, которая и нужна для развития славных стартапов. Помилуйте? Кто ж её за это осуждает? В нашей стране не то, что стартап — даже минет не осуждается. В нашей стране каждый хотел бы прийти к успеху и каждый второй — заниматься своим бизнесом».

Фото: segodnya.ua

Холмогоров считает, что Дрокова занимала чужое место. «Больше пяти лет вся эта сволота прыгала по телу моей страны, орала, что они тут главные патриоты, играла, как обезьяны, с медальками, за которые другие люди платили кровью, а иногда и жизнью. Вокруг уничтожался бизнес других людей, вытаптывались чьи-то мечты, прерывались чьи-то пути к успеху, сотни «стартапов» апнулись о стул не успев стартануть. Они заедали чужое время, чужие деньги, чужие ресурсы. Они оскорбляли, унижали, топтали людей».

«Теперь, оказывается, что они все шли таким путем к «успеху и самореализации». А сжирали с методичностью плодожорки всё на своем пути, чтобы не досталось врагу. Ну да, это мы от их предшественников слышали: «чем больше выпьет комсомолец — тем меньше выпьет хулиган». Только те хотя бы иногда гибли за родину — эти за родину могут только жрать её ресурсы. У меня нет никаких претензий к тем нашистам, которые шли туда, чтобы служить общественному благу родной страны. Нет претензий к Левченко, которая получила в Наших старт, а сейчас делает то, что делает. Ради наших детей, а не чьих-то чужих. Но этот тусняк «стартаперов», укравший 7 лет жизни у тех, кому они буквально загораживали проход, а теперь скомсомолившийся в Штаты ничего кроме омерзения не вызывает», — заключил свой пост Холмогоров.