Охранник осужденного «решальщика» Максима Каганского рассказал, что экс-глава ГУЭБиПК лично «выбивал» у него показания на шефа и следователя ГСУ ВМД по Москве Нелли Дмитриеву

KMO_141388_00002_1_t218_173043Против бывшего руководителя Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД генерала Дениса Сугробова может быть возбуждено новое уголовное дело. Дмитрий Чуприн — охранник скандально известного решальщика Максима Каганского, осужденного по делу о коррупции в Главном следственном управлении (ГСУ) МВД по Москве, утверждает, что генерал лично давил на него и заставлял дать показания на шефа и следователя ГСУ Нелли Дмитриеву. Чуприн намерен просить Следственный комитет возбудить против Сугробова дело по статье 309 УК РФ («Принуждение к даче показаний, соединенное с шантажом»). Он также готовит многомиллионный иск к государству в лице Минфина о компенсации за свое незаконное уголовное преследование. Эксперты не исключают, что обращение Чуприна является стратегическим ходом самого Каганского.

Охранник Максима Каганского Дмитрий Чуприн, а также два его водителя — Роман Емельянов и Владимир Кириллов были задержаны оперативниками 23 сентября 2011 года в рамках спецоперации по делу о коррупции в ГСУ ГУ МВД по Москве. Следствие считало, что они помогали шефу получить крупную взятку от владельцев компании ООО «Медкор-2000» Бориса Юдина и Алексея Царькова за закрытие уголовного дело о контрабанде медоборудования, которое вела следователь ГСУ Нелли Дмитриева. По версии следствия, Каганский запросил у них $3 млн, из которых $2 млн собирался оставить себе.

В операции по задержанию Каганского участвовал бизнесмен Андрей Козбанов. Как выяснилось позже, он оказался одним из агентов ГУЭБиПК. Он позвонил Каганскому и договорился о встрече в ресторане, чтобы передать ему деловые бумаги. Каганский отправил к Козбанову водителей Емельянова и Кириллова. Когда они приехали в назначенное место, бизнесмен со словами «Меня пасут» бросил в салон машины пакет с деньгами и скрылся.

Когда водители вернулись к ресторану и в машину сел Чуприн, появился спецназ и всех задержал. Сам Каганский в это время уже покинул ресторан, а задержать его удалось лишь в январе 2012 года. В октябре 2011 года была задержана Нелли Дмитриева. Всем им предъявили обвинения в мошенничестве.

В августе 2013 года Хорошевский суд Москвы приговорил Каганского к 5 годам и 6 месяцам колонии общего режима. Нелли Дмитриева получила 3 года и 6 месяцев колонии. Несколько недель назад президиум Мосгорсуда пересмотрел приговор Каганскому, снизив срок на 3 месяца.

Денис Сугробов. Фото: ИЗВЕСТИЯ

Денис Сугробов. Фото: ИЗВЕСТИЯ

С водителей и охранника Каганского все обвинения были сняты, потому что прокуратура решила, что они ничего не знали о взятке. Суд признал за ними право на реабилитацию. Тем не менее они провели в СИЗО почти по 2 года.

Теперь Чуприн решил воспользоваться правом на реабилитацию. По данным «Известий», он готовит иск к государству в лице Минфина о взыскании морального и материального вреда. Предварительно сумма иска определена в 6 млн рублей. Чуприн винит во всех своих неприятностях лично бывшего главу ГУЭБиПК Дениса Сугробова и его подчиненных, ставших обвиняемыми в уголовном деле об организованном преступном сообществе, провокации взятки и превышении должностных полномочий. Чуприн намерен просить СКР возбудить против генерала Сугробова уголовное дело по статье 309 УК РФ («Принуждение к даче показаний, сопряженное с шантажом»).

По словам адвоката Чуприна Александра Редькина, в кабинет, где допрашивали его подзащитного, приходил Сугробов и заставлял его дать показания против Каганского и Нелли Дмитриевой.

— Сугробов обещал Чуприну, что он «сгниет в тюрьме», если не даст показания против Каганского и Дмитриевой. Кроме того, находясь в камере с Чуприным, он звонил его матери и требовал от нее уговорить сына, чтобы он дал ложные показания, — рассказал «Известиям» адвокат Чуприна.

Это подтвердил и сам Чуприн.

— Однажды в кабинет следователя пришел Сугробов, прочитал мои показания и сказал, что я должен сознаться в том, что им нужно, — рассказал «Известиям» Чуприн. — Посыл беседы был в том, что если я не сознаюсь, то сяду на долгий срок. На все мои аргументы мне говорили, что сейчас идет 1937 год и борьба с коррупцией, что я пешка и за меня никто переживать не будет. Мне обещали, что если я пойду на сделку со следствием, то мне дадут минимальный срок.

Что касается Каганского, то ранее он неоднократно заявлял, что также стал жертвой провокации взятки со стороны оперативников ГУЭБиПК, а их агенты вели переговоры от его имени. Однако, как заявили «Известиям» адвокаты Каганского, сам он подавать заявление о том, что дело против него было сфабриковано, пока не спешит.

Эксперты не исключают, что заявление Чуприна является стратегическим ходом самого Каганского.

— Каганскому осталось недолго до условно-досрочного освобождения. Если бы он сам подал заявление на Сугробова, то сидел бы в колонии до тех пор, пока следователи бы не разобрались со всеми вновь открывшимися обстоятельствами, — пояснил «Известиям» адвокат Алексей Михальчик. — Таким образом, ему проще выйти по УДО, хотя это и не будет реабилитирующим основанием. Параллельно с этим охранник может подать заявление от своего имени. Если дело пересмотрят, то Каганский будет оправдан и получит право на реабилитацию.

 Александра Ермакова

Оригинал материала: «Известия»

«Новая газета», 14.07.14., «Фабриканты. Что нам выдают за борьбу с взятками»

Одни взятки меченые, другие незамеченные. Чистка рядов, проведенная МВД, должна закончиться не только посадками высокопоставленных офицеров, но и пересмотром многих уголовных дел.

Генерал-лейтенант Денис Сугробов в Басманном суде Москвы

Генерал-лейтенант Денис Сугробов в Басманном суде Москвы

Когда в Басманном суде Москвы рассматривалось ходатайство об освобождении под залог в 103,6 млн рублей генерал-лейтенанта Дениса Сугробова, адвокаты подозреваемого справочно сообщили, что в 2013 году подчиненными подозреваемого в России раскрыто 1183 преступления, с суммарным ущербом более 225 млрд рублей. О пятидесяти наиболее резонансных преступлениях было доложено главе государства.

Правда, полгода назад, 31 января, на итоговом совещании в антикоррупционном ведомстве была озвучена другая цифра — 747 раскрытых за год преступлений. Это тоже впечатляющий показатель ведомства, специализирующегося на масштабных преступлениях с многомиллионными суммами хищений. Говорят ли эти цифры об эффективности борьбы с коррупцией? Или мы имеем дело с тотальным очковтирательством? Не новая мысль о том, что Главное управление экономической безопасности и противодействия коррупции МВД (ГУЭБиПК) фактически превратилось в конвейер по «производству» уголовных дел.

И сейчас, когда всплывают все новые и новые факты о методах работы подчиненных Сугробова, возникает вопрос, сколько же из этих дел — то ли из 747, то ли из 1183 — возбуждено по реальным преступлениям? А сколько «преступлений» появилось лишь потому, что уголовные дела сначала родились в фантазиях полицейских, а затем оперативники и агенты загоняли жертву в рамки сценарного плана? В основном при помощи запрещенной законом провокации взятки.

На оперативных совещаниях в ГУЭБиПК навязывание меченых денег называлось «наступательным методом работы». Работали по схеме: передача денег — арест — доклад президенту — вброс в СМИ видеокадров задержания и нарезок прослушек. Иногда всучить деньги жертве не удавалось. Приходилось довольствоваться показаниями «свидетелей», утверждающих, что они передали или даже только собирались передать купюры задержанному. А когда «раскрытие» преступления получало широкую огласку, уже и офицеры Следственного департамента МВД или СКР, сотрудники прокуратуры и судьи тоже становились заложниками громкого резонанса, безропотно оформляя задержанным «прописку» в тюремных камерах.

Именно по этой схеме отправили в СИЗО, к примеру, бывшего работника Счетной палаты Александра Михайлика; экс-мэра Ярославля Евгения Урлашова; руководителя подмосковного управления Федеральной регистрационной службы Ольгу Жданову; дочь директора Московского научно-исследовательского онкологического института имени П.А. Герцена (МНИОИ) Елену Богословскую.

Мы составили топ-7 самых громких уголовных дел, разработанных и возбужденных по рапортам и показаниям сотрудников и агентов ГУЭБиПК МВД в 2013 году и в которых есть все признаки фабрикации доказательств преступлений.

Дело Александра Михайлика

1405297535_174246_0В сентябре прошлого года оперативники ГУЭБиПК при помощи провокации взятки задержали бывшего члена экспертного совета Счетной палаты Сергея Закусило. Закусило вменялась «продажа» за 13 млн долларов должности руководителя ФКУ «Управление Северо-Кавказских автодорог» Федерального дорожного агентства. Оперативники убедили задержанного встретиться с его хорошим знакомым, членом Совета Федерации от Новгородской области Александром Коровниковым и передать ему «взятку» — 5 млн рублей. Во время встречи Закусило и Коровникова сенатора «фактически задержали». Взять его под стражу оперативники не могли, но в ход пошли угрозы: сенатору обещали уголовные дела в отношении его родственников и убедили, что согласие Совета Федерации на лишение депутатской неприкосновенности — это решенный вопрос. Сенатор согласился на «сотрудничество» и, обвешанный аудиозаписывающей аппаратурой и с мечеными деньгами, отправился к своему другу, директору департамента контроля расходов на науку, образование, культуру, спорт и средства массовой информации Счетной палаты Александру Михайлику.

При получении 3 млн рублей Михайлика задержали, обвинив его в получении взятки за организацию внеплановой проверки ФГУП «Спорт-инжиниринг». В свою очередь, Михайлика целую ночь убеждали передать деньги аудитору Счетной палаты Сергею Агапцову. Но так и не уговорили. Оперативники решили подключить к работе супругу Михайлика Наталью. Женщине позвонили, сообщили, что ее муж арестован с поличным при получении взятки и что ему грозит очень большой тюремный срок. Наталью Михайлик попросили образумить мужа и убедить его на явку с повинной и сотрудничество. Сразу после телефонного разговора Наталья Михайлик покончила с собой.

Месяц назад уголовное дело в отношении овдовевшего Михайлика было закрыто.

На минувшей неделе Михайлик обратился с гражданским иском о взыскании с ГУЭБиПК 40 млн рублей. Он также добивается возбуждения уголовного дела за доведение до самоубийства.

Дело Сергея Быстрова

1405297544_232301_22Это уголовное дело родилось также после задержания Сергея Закусило. Его отправили к президенту Федерации триатлона России Сергею Быстрову. Закусило предложил «налом» пожертвование на развитие триатлона. Быстров от предложения отказался. Но «спонсор» проявил настойчивость и вечером «перехватил» Быстрова в ресторане, где тот ужинал с супругой. Спортивному функционеру было предложено переговорить на улице. Быстров не стал брать сумку, в которой лежали 5 млн меченых рублей, а предложил Закусило прийти утром в офис и оформить спонсорскую помощь официально у бухгалтера. Несмотря на то что Быстров денег не брал, у ресторана его задержали. И последовало обвинение в мошенничестве. По версии оперативников ГУЭБиПК, Быстров якобы пытался получить 5 млн (внимание!) за «содействие в назначении заинтересованного лица» главой ФКУ «Управление Северо-Кавказских автодорог» (см. главу «Дело Александра Михайлика»).

Первый вопрос, который задали Быстрову, озадачил задержанного: «Вы работаете помощником министра транспорта России?» А когда оперативники услышали ответ, что он покинул эту должность четыре года назад, предложили «восстановить контакты» со своими действующими коллегами из Минтранса и передать им деньги. «Им нужен был чиновник в ранге не ниже замминистра», — утверждает Сергей Быстров.

Уголовное дело в отношении Быстрова было закрыто, 1 июля его признали потерпевшим. СКР распространил сообщение, что оперативно-разыскные мероприятия в отношении Быстрова носили противоправный характер. На месте президента Федерации триатлона «мог оказаться любой крупный бизнесмен или чиновник федерального уровня» — отметили в СКР.

Дело Ольги Ждановой

1405297544_503527_96Ольга Жданова была назначена исполняющей обязанности руководителя управления Росреестра Московской области в начале 2013 года. Через несколько месяцев с чиновницей познакомился бизнесмен Алексей Клюшкин, оказавшийся агентом ГУЭБиПК.

Через знакомого Ждановой, экс-сотрудника Федеральной регистрационной службы России Алексея Акчурина, Клюшкин попросил зарегистрировать право на недвижимость и земельные участки. Чиновница якобы потребовала взятку.

Летом 2013 года на карточку Акчурина в Альфа-Банке Клюшкин перечислил 1,3 млн рублей, и тут же оперативники задержали Акчурина. Задержанного «убедили» позвонить Ждановой и договориться о встрече. Встреча состоялась в автомобиле. Акчурин передал женщине пакет, в котором находились меченые деньги. Чиновница только и успела спросить, что это за пакет, когда и ее, и «взяткодателя» задержали оперативники. Жданову отправили в СИЗО, а с Акчурина взяли подписку о невыезде.

Сегодня следователи СКР полагают, что в отношении Ждановой и Акчурина оперативниками ГУЭБиПК и их агентом Клюшкиным была осуществлена провокация.

Дело Сергея Безяева и Елены Богословской

1405297544_774984_69Заместителя директора Онколо­гического центра имени Герцена отставного генерал-майора «Спецстроя» Сергея Безяева и Елену Богословскую — дочь директора института, главного онколога страны Валерия Чиссова, задержали 10 февраля 2013 года, якобы за получение 29 млн рублей за содействие в заключении договора на поставку радиохирургической системы, позволяющей лечить онкозаболевания безоперационно.

Деньги передавал «представитель» ООО «Гранд медицина», оказавшийся агентом ГУЭБиПК. При себе он имел 10 млн рублей наличными, остальные «деньги» были нарезаны из бумаги. После того как полиэтиленовый мешок был оставлен в кабинете Безяева, замдиректора задержали.

Оперативники убедили Безяева написать явку с повинной и пойти на сотрудничество со следствием.

Елену Безяеву «подтянули» к уголовному делу при помощи свидетеля, который дал показания следствию о том, что в его присутствии Безяев и Богословская обсуждали денежные вопросы.

Безяев до суда находился под домашним арестом и был осужден «особым порядком» (без исследования доказательств. — И. М.) на три года лишения свободы. А вот Елена Богословская вины не признала и несколько месяцев провела в СИЗО, после чего уголовное дело в отношении нее было закрыто.

СКР считает, что в отношении Безяева и Богословской была совершена провокация.

Дело Артема Чеснокова

1405297554_959800_48В начале апреля 2013 года оперативники получили информацию от бизнесмена Юрия Реброва, фигуранта уголовного дела, что начальник отдела физической культуры и спорта департамента социального развития Правительства РФ Артем Чесноков якобы весной 2012 года вымогал у него 10 млн рублей за содействие во включение ООО «Флэйм» в программу строительства олимпийских объектов.

21 апреля 2013 года Чеснокова задержали в рамках «оперативного эксперимента», якобы «при попытке получения взятки в 10 млн рублей». Уголовное дело в отношении чиновника было возбуждено на основании оперативных отчетов сотрудников ГУЭБиПК.

СКР считает уголовное преследование Чеснокова незаконным.

Дело Евгения Урлашова

1405297555_243810_32Как и Артем Чесноков, экс-мэр Ярославля Евгений Урлашов денег не получал. Оперативников, а потом и следствие вполне устроила версия, что мэр и его подельники вымогали 14 млн рублей у местного предпринимателя, угрожая в противном случае не заплатить компании коммерсанта за уже выполненные работы.

В июле 2013 года с поличным при получении взятки был задержан один из чиновников Ярославля. Его показания, что деньги предназначались для Урлашова, оказались достаточными для ареста мэра города. Я лично занимался журналистским расследованием этого дела и убежден, что события преступления не было.

Но дело Урлашова оказалось настолько резонансным и политизированным, что ни СКР, ни Генпрокуратура пока не решаются отыграть назад и признать бывшего градоначальника Ярославля жертвой провокации сотрудников и агента ГУЭБиПК.

Дело Валентина Избицких

1405297555_543005_63Уголовное дело в отношении экс-главы «Росгазификации», отставного сотрудника Службы внешней разведки и бывшего вице-президента компании «Транснефть» выбивается из привычного шаблона преступлений, раскрытых ГУЭБиПК, потому что в этой истории нет провокации взятки. Но это дело поражает масштабом якобы нанесенного ущерба — 2,5 млрд долларов.

Экс-главу «Росгазификации» задержали в конце ноября 2013 года. Ему предъявили обвинение в покушении на «мошенничество в особо крупном размере» (ч. 3 ст. 30 и ч. 4 ст. 159 УК РФ). По версии следствия, в 2005—2008 годах Валентин Избицких, «имея умысел, направленный на совершение мошенничества… вступил в сговор с неустановленными лицами из числа сотрудников зарубежных компаний», целью которого было «изъятие и обращение обманным способом 1% акций ОАО «Газпром» стоимостью свыше миллиарда долларов, принадлежащих ОАО «Росгазификация» в свою пользу и пользу третьих лиц».

Эта история началась с того, что «Росгазификация» заключила инвестиционные договоры с зарубежной компанией RNK Capital и двенадцатью региональными российскими газораспределительными компаниями, гарантами по которым также выступила «Росгазификация».

RNK Capital приступил к работе по модернизацию и газотранспортной системы. Но после того как зарубежный инвестор уже вложил около 100 млн долларов, структуры «Газпрома» отказались от исполнения контрактов.

Начались судебные тяжбы. RNK Capital обратился в Лондонский международный третейский суд, а российские компании — в Московский арбитражный суд с исками о признании 12 договоров-гарантий недействительными. Эти иски были удовлетворены. Но и Лондон удовлетворил требования RNK Capital. Снова последовало обращение в столичный Арбитражный суд, который отказал в признании и исполнении решений Лондонского суда.

Но в ГУЭБиПК посчитали, что Избицких, заключив договора гарантий, мог причинить ущерб предприятию в размере 100 процентов его активов, в том числе и «забрать» 1 процент акций «Газпрома» в случае предъявления иска о возмещении неполученного дохода.

Несмотря на то что к ноябрю 2013 года все судебные тяжбы были уже завершены и было известно, что активы «Росгазификации» не отчуждены компанией RNK Capital, Избицких был отправлен в «Матросскую Тишину», а в СМИ была вброшена информация о предотвращении хищения 2,5 млрд долларов.

Заметим, что RNK Capital требует возместить ей 125 млн долларов (100 млн, инвестированные компанией в модернизацию газотранспортной системы, и проценты по стандартным банковским ставкам. — И. М.).

***

Фабрика уголовных дел, в которую фактически превратилось Главное управление экономической безопасности и противодействия коррупции МВД, прекратила свою работу, когда в жернова конвейера попал подполковник ФСБ. В феврале были арестованы 12 сотрудников и агентов антикоррупционного ведомства. В мае арестовали генерал-лейтенанта Дениса Сугробова.

Один примечательный момент. Наши источники в СКР утверждают, что в ходе февральского обыска в служебном сейфе оперативника ГУЭБиПК Сергея Борисовского следователи якобы обнаружили 1 млн долларов наличными. Объяснить происхождение валюты офицер не смог, заявив, что деньги необходимы ему «для оперативных нужд». И это у простого оперативника. Стоит ли удивляться, что за освобождение генерал-лейтенанта Дениса Сугробова был предложен залог в 103,6 млн рублей?

Ирек Муртазин